Здесь и сейчас Степка был прижат в угол банальными правилами вежливости, ну и заодно нежеланием позориться перед истинной. А потому, Вика была уверена, остаток встречи пройдет или очень быстро, или очень весело.
Ну, или то и другое сразу.
– То есть поругаться не получилось? – мягко улыбнулся Уильям, нежно прижимая к себе Викторию.
Она откинулась спиной на его грудь, негромко замурлыкала, словно сытая кошка, в его объятиях.
– Он не захотел выставлять себя в дурном свете перед невестой, – проговорила она негромко. – Кстати, она беременна. Четвертый месяц. И до сих пор не может в это поверить, судя по ее поведению.
Уильям покачал головой. Ему не нравилась намечавшаяся тенденция. Слишком странно, необычно все вокруг происходило. Боги не просто связывали людей крепкими узами истинности, они сразу даровали таким парам потомство. А это означало, что будущие дети подобных пар тоже в свою очередь могли стать истинными для кого-то. Получалось, что истинность постепенно возвращалась в мир, причем в тот мир, в котором ее раньше не было. К добру или к худу, сложно было сказать. Впрочем, боги никогда не спрашивали желания людей…
– Он не рассказывал, как она оказалась здесь? – уточнил Уильям, прерываясь и выныривая из своих не особо радостных мыслей.
– Нет. Может, если бы Наташки не было рядом, и рассказал бы, что вряд ли. А так они посидели еще пару-тройку минут для вежливости и ушли под первым же благовидным предлогом, – Виктория ухмыльнулась. – Чему я очень рада. Мы с Иридой обе ощущали себя не в своих тарелках, не знали, как следует себя вести друг перед другом. А так не пришлось мучиться и делать вид, что все в полном порядке. Наташке я потом даже спасибо сказала за ее вмешательство, очень, кстати, своевременное.
– Свадьба?..
– Через две недели вроде, если, конечно, ничего за это время не случится.
Да, данного срока будет вполне достаточно для того, чтобы все тщательно подготовить. Уильям был практически полностью уверен, что Степан до свадьбы не отважится ни на один решительный шаг. Сначала надо официально связать себя с появившейся истинной, отрезать все пути назад, и только потом можно будет думать о пользе государства. Гипотетической, конечно же. Чем способны помочь те, кто пришел из менее развитого общества, Уильям даже представить себе не мог.
– Молю тебя, всесильный, светлый бог, Чтоб друг живым уйти отсюда мог! Да бодрствует над ним твоя десница! С зари вечерней здесь свиданье длится, И близок час рассвета. Мой милый друг, взгляните на восток! Уже господь и ту звезду зажег, Что нам вещает, как близка денница. Не медлите! Давно пора проститься, И близок час рассвета. Гираут де Борнейль 25 Степка славился своей настойчивостью, едва ли не ослиным упрямством. Нет, конечно, в семье Вики все были более-менее упрямыми, но кого-то можно было уговорить не маяться дурью и забыть о несбыточном проекте. А вот Степка к такой категории людей не принадлежал. Ему обязательно нужно было увидеться с Викой, причем в тот момент, когда Уильям находился на работе. Это Вика поняла, когда через пару дней в дверь позвонили. Рано утром, сразу же после того, как кар с Уильямом взлетел с придомовой стоянки. На пороге оказался любимый и ненаглядный братец, как обычно одетый в официальный темно-коричневый костюм. В таком наряде Степка мог и в гости, и на работу свободно отправиться. На все случаи жизни, блин. – Впустишь? – поинтересовался он, ухмыльнувшись. – Почему нет, – пожала плечами Вика, освобождая проход. – Ты ж красть меня не собираешься, правда? В ответ – красноречивый взгляд, четко дававший понять, насколько не в восторге Степка от ума и чувства юмора сестры. Вернее, по его мнению, от отсутствия и того, и другого. Дверь захлопнулась, Степка, не разуваясь, уверенным шагом направился на кухню. Вика пошла следом. Система «умный дом» сама все уберет. Потом. Когда не особо желанный гость покинет квартиру. Расселись за столом в небольших креслах, мгновенно принимавших форму тела того, кто в них садился. – И? – поинтересовалась Вика, не делая попыток изобразить из себя гостеприимную хозяйку. Обойдется. С нее хватило предыдущей встречи. – Да что ты меня в штыки воспринимаешь, – поморщился Степка. – А как иначе я должна тебя воспринимать? – заломила бровь Вика. – Что за цирк ты устроил на моей свадьбе? Не мог выбрать другой день? Надо было испортить мне праздник? Степка изумленно посмотрел на нее. – При чем тут «испортить праздник»?.. Так, погоди, я понял… Женщины! Да празднуй ты, сколько хочешь. Мне нужна была реакция твоего мужа. – Ну вот и увидел бы эту реакцию в другой день, – отрезала обиженная Вика. – Незачем было в мой день перетягивать одеяло на себя! Степка, не сдерживаясь, покрутил пальцем у виска. – Я, конечно, понимаю, что ты беременна, что гормоны играют и прочее. Но мозг все же включай. Ты ж вроде преподаватель,