Мужчинам в мире патриархата было проще, во многом. Они могли доминировать хотя бы в постели. Самые ловкие становились постоянными любовниками пожилых щедрых дам, влюбляли их в себя и какое-то время жили в относительном достатке.
Женщины страдали больше и сильней. На них везде, в любом слое общества, смотрели как на общедоступную вещь. И постоянными любовницами они практически не становились. Незачем это аристократу, когда вокруг есть множество других, готовых на все дам, далеко не всегда легкого поведения.
А потому и срок жизни у женщин-бастардов был короче, чем у мужчин.
Уильям знал Ириду долго, все те семнадцать лет, что они жили в одном «приюте». Тихая, скромная, забитая, она не считалась красавицей. Но был в ней некий шарм, который, когда она смеялась, не позволял отвести от нее взгляда. Видимо, Степан на это и попался.
А вот как, каким образом Ирида оказалась в чужом мире? Появилась здесь официально, через портал, о существовании которого Уильям узнал совсем недавно? Или же ее перенесли сюда боги, как Уильяма?
Ответов у Уильяма не было. К его большому сожалению…
Милый друг! Любовь свою Вам навек по доброй воле Вместе с сердцем отдаю - Только с сердцем, но не боле! Разве клятва не свята, Коль у вас, мой друг, взята? В час, свиданьем озаренный, Честь мне ваша – обороной! Азалаида де Поркайраргес 22 Вика сидела за накрытым к чаю столом вместе со Степкой и его невестой, вежливо улыбалась и тщетно старалась разгадать намерения брата. Не просто так он прикатил в гости, заранее предупредив Вику. Он вообще лет с восьми-десяти ничего не делал просто так. Всегда четко знал, чего хочет достичь и каков будет конечный пункт в плане. Теперь же, когда его невеста оказалась и его истинной, Вика вообще не знала, что можно от него ждать и как реагировать на те или иные его действия. При его истинной, конечно же. Наедине она всегда могла и послать любимого братца, и замахнуться на него чем-то тяжелым. А при Ириде следовало все же соблюдать правила приличия. – Какой необычный мир, – улыбка на губах Ириды казалась искусственной, приклеенной, полностью ненастоящей. Похоже, не одна Вика ощущала себя не в своей тарелке и была бы рада поскорей завершить не приносившее радость общение. – Все никак не привыкну к вашим законам и порядкам. «Ну еще бы, – подумала про себя Вика, – прожить чуть ли не половину жизни при феодальном строе 23 , с патриархальными замашками, а потом внезапно оказаться в развитом техногенном мире 24 , с равными отношениями между полами. Тут у любого могут появиться различные проблемы с восприятием реальности. Вот интересно, в этот раз снова боги помогли, или Степка намеренно нарушил все возможные земные законы и самостоятельно провел свою истинную через один из порталов? И знает ли о таком нахальном самоуправстве его непосредственное начальство? А если знает, то поддерживает ли его действия?» Вика открыла было рот, чтобы сказать что-нибудь вежливое и ободряющее, но тут хлопнула входная дверь. И на всю квартиру разнесся звонкий голос Наташки, имевшей ключи от Викиной квартиры: – Ты где, подруга? Я от родаков вырвалась, тебя проверить примчалась. Не родила пока? Степка, не сдерживаясь, скривился. Ирида очень мило покраснела. Наташка между тем заглянула в кухню, увидела Вику и ее гостей и весело улыбнулась, сразу входя в роль. – Ба, да ты не одна. Степ, а Степ, прилетел проведать сестренку? Познакомишь со своей красавицей невестой? Или я не достойна такой чести? Степка с Наташкой всегда были на ножах, прямо с самого знакомства лет пятнадцать назад. Вика понятия не имела, что именно и когда они не поделили и почему постоянно