Я внутренне съёжилась.

— Хочешь знать моё мнение? — продолжала ведьма. — Я уверена, что рано или поздно палачи бы Ехидну нашли. Она многих убила у гробницы имени себя, но не всех. Твоя наставница… — и её взгляд стал сочувствующим. Соболезнующим. — Я знала Эллу. Отличная была ведьма и добрейшая женщина. И очень сильная. Элла бы не сдалась. Вычислила бы Ехидну и прикончила. Завершила то, что начала её семья. Но Круг решил иначе, и нам всем от этого… непросто.

Инга… Я снова очутилась в чужом кабинете с орхидеями, в цепкой хватке чужих рук, под пристальным взором Верховной.

— Она же умерла, — я нахмурилась. — Погибла в бою с бесом. Инга. Верно?

— Идеи живучее людей. Вероятно, сначала они хотели как лучше, но потом подумали … — поморщилась баба Зина и встала, расправив складки платья, запахнулась в шаль. — Мне пора обратно, у нас сейчас сбор Круга. Второй день ломаем копья, решая, как быть. Возьми, — и она разжала кулак, протягивая мне два амулета защитников. — Раз ты знаешь, что делаешь… Поменяемся местами, Маруся, — и усмехнулась. — Мешать не стану. Но буду рядом.

— Это угроза или слова поддержки? — поинтересовалась я угрюмо. Настроение от воспоминаний испортилось. Сильно.

Ведьма лишь улыбнулась и снова попросила:

— Сними с парня заклятье, пожалуйста. А если пристроишь его к наблюдателям — желательно, к своему начальнику под крылышко, — я буду очень тебе признательна. Пока он учится у своего отца, но…

— И только-то? — я подбросила амулеты на ладони. — Нет на нём никаких заклятий, Зинаида Петровна. Лишь страх боли. Я блефовала. Ломать телепортистам траекторию умеют только амулеты, а парень сам избавился от их действия, когда отбросил мой рюкзак. Он свободен, — и прямо посмотрела на ведьму: — Но если я захочу его использовать, то использую. Найду и уговорю. Или заставлю. Моему начальству балласт не нужен. А будет мешать, усыплю. Договорились?

Зинаида Петровна кивнула и отстранено заметила:

— Доложить бы обо всём… но не стоит. Я рада, что мы сошлись во мнениях. И надеюсь на твою победу. А что касается знаний в гробницах… — и пожала сухими плечами: — Не надо раскапывать то, что спрятано под землей. Без нужды ничего не хоронят, и коли прикопали, значит, на то есть причины. Если тебе понадобится помощь, зови. А если я что-то узнаю в Кругу, подскажу.

И я решилась:

— Среди вас — любимица Ехидны, Сфинкс.

На лице моей собеседницы не дрогнул ни один мускул, и пульс не изменился. И я ей поверила. Не знает. И сама Сфинксом не является.

— Разберёмся, — ответила она. — Доброй ночи, Марусь.