— Кладбище, — догадался Стёпа, проследив за моим взглядом.
Городок маленький, и все необходимые для жизнедеятельности объекты соцкультбыта — вокзал, гостиница, кафе-бар, больница и кладбище, именно в таком порядке, — находились по соседству.
В общем, сказка, да. И на небесах мне это невольное доброе дело, надеюсь, зачтётся.
Я достала сотовый и посмотрела на часы.
— Через полчаса у тебя обход, да? Потом приходи на первое городское со спокойной совестью.
— Мар, — коллега скопировал мою проникновенную интонацию, — обожаю тебя. Ты чудо.
— Скажешь мне это ещё раз, когда упырь будет доедать твою руку, а у меня не получится, как в прошлый раз, с исцелением, — я любезно улыбнулась.
— Упырей не существует, — весело возразил Стёпа.
— Тех, которых в кино показывают, — нет, — согласилась я и тихо добавила: — И ведьм, способных читать мысли, исцелять умирающего за минуту и находить на другом краю мира потерянных родственников, тоже. Правда?
Он нахмурился. Задумался.
— Не придёшь — не обижусь, — я подмигнула и пошла к кладбищу, спиной ощущая внимательный взгляд. — Но если что — буду в центре.
Хоть бы наконец понял, балбес малолетний…
— Мар, а какие они — упыри из вашего мира?
Понял. Но не то.
— Повезёт — увидишь, не повезёт — почувствуешь… — пробормотала я.
Ночь обещала быть нескучной.
…нет и не будет понимания меж теми, кто верит в чудеса,
и теми, кто умеет их творить.
Николай Бородин «Хозяин Пророчества»
Близилась полночь, но на первом городском, для такого времени и места, оказалось людно. От старого кладбища первых поселенцев остались лишь кованая ограда, зияющая дырами и опутанная вьюном, покосившиеся кресты в самых неожиданных местах да название. Территория же давно использовалась вместо парка из-за отсутствия оного. Старые раскидистые тополя и древние ели. Непролазные кусты шиповника и дикой малины. Утрамбованные многочисленными посетителями старые тропы и густой влажный сумрак всегда, даже днём. Скамейки из потрескавшихся надгробных камней. И неожиданно проваливающиеся старые могилы на редких одуванчиковых полянках.
Прихлёбывая кофе, я неспешно прогуливалась по угрюмой аллее. Зелёные фонари прятались в зарослях цветущей яблони и черёмухи, выглядывали из-за еловых ветвей и давали мало света, разбрасывая по тропе дрожащие на ветру тени. И отовсюду доносились голоса. Перешёптывались с придыханием влюбленные парочки, щебетали, хихикая, подружки, обсуждали футбол и бокс парни. И где-то в дальнем конце парка одиноко плакала скрипка. Сюда приходили и за любовью, и за общением, и за вдохновением в любое время дня и ночи. Но ночью — чаще. Кладбище, романтика…