…магия заключается в правильном обозначении вещей.
Урсула Ле Гуин «Волшебник Земноморья»
Несмотря на высокий рост, ему было лет пятнадцать. С нервно-резкими движениями, курносый. Русые волосы, не будь мокрыми от дождя, торчали бы взъерошенными вихрами. Одет во всё темное и местами грязное. А глаза светлые, неглупые, внимательные. Обречённые.
— Бабушке пишешь? — поинтересовалась я. — Или она твоя прабабушка? Зинаида Петровна Марченко, верно? Жажду её лицезреть до невозможности, — и достала планшет, нашла нужное сообщение от мужа. — А ты — Ярослав. Телепортист. Почему у наблюдателей не числишься и не учишься? Кто твой наставник?
Он молчал, только сопел настороженно и испуганно.
— Неверная тактика, — осудила я. — Если палач идёт на мировую, нужно соглашаться. Если и пока он в настроении. Знаешь, что травмы от одного палача другими целителями не лечатся? А телепортироваться в инвалидной коляске не так удобно, как без.
Позади нас раздался шорох, и знакомый голос бабы Зины попросил:
— Перестань запугивать пацана. Отпусти.
— О, — я оживилась, — наконец-то нашёлся умный человек, желающий договориться мирно! Гуляй, парень. Но пока не перемещайся. Больно будет. И есть вероятность лишиться кое-чего важного по дороге. Руки или ноги. Или головы. Понял?
Понял. Попятился и был таков, только мелькнула за кованой оградой сутулая тень. Мы с ведьмой посмотрели друг на друга и одновременно сели. Рядом. На мокрую скамейку, огненной ведьмой высушенную. И с минуту молчали, собираясь с мыслями. Баба Зина, как я привычно называла её про себя, заговаривать не спешила, и я на правах палача взяла инициативу в свои руки.
— Доброй ночи, Зинаида Петровна. Приятно познакомиться.
— Взаимно, Маргарита Владимировна, — подхватила она мой тон.
— А не спешите ли вы с выводами, уважаемая?
Ведьма вдруг ухмыльнулась.
Сейчас казалось, что ей лет сорок, и от прежнего облика остались только светло-сиреневая «химка» да внимательный взгляд. Да бесценная тридцатилетняя печёнка. На чём бы она ни прилетела, выглядела баба Зина так, будто примчалась с бала… на корабль. Длинное чёрное платье с мелкими блёстками по подолу и на рукавах, вечерний макияж, остроносые туфли на каблуках, ажурная фиолетовая шаль. Я запоздало вспомнила о собственном имидже и первый раз в жизни на него наплевала, оставшись в заляпанных и закатанных до колен джинсах, мокро-грязных кедах и не менее грязной распахнутой куртке.
— Как ты меня раскусила, а? — спросила она дружелюбно. Почти. — Где мы прокололись?
— Слишком молодой организм для пожилого образа. А как вы меня опознали? По страху?