Нет больше времени на раздумья, нет времени на бегство. Ведь этого я и хотела, верно?

Насчитываю около шести мужчин на мягких диванах. Прикрываю глаза, считая до десяти. Каждое нечётное число приходится на вдох, каждое чётное – на выдох. Восемь, девять, десять… И сердце успокаивается. Открываю глаза, находя взглядом его , стараясь сохранить ровное дыхание.

Дмитрий Северский вальяжно восседает на одном из диванов, потягивая чистый тёмный ром. Кажется, он достаточно пьян. Оправляю края платья, ступая к своей цели медленно, грациозно.

– Не помню, чтобы вызывал танцовщицу, – на чистом английском чеканит знаменитый пилот.

Плевать. Приближаюсь к нему, маняще виляя бёдрами, наклоняюсь.

– Я захотела прийти к вам сама, – в тон ему, почти на чистом английском отвечаю я.

От прежнего холода на лице мужчины не остаётся и следа, лишь заинтересованность. Его кадык дёргается, зрачки расширяются, почти заполняя светло-карюю радужку.

– Вам совсем не интересно, почему? – обвивая шею мужчины и присаживаясь на него сверху, куда-то в шею, шепчу я.

Вдыхаю пьянящую смесь его парфюма: терпкость дорогой древесины, обильно политой качественным виски с кислинкой, пряность каштана и пудровая сладость ириса. Такой взрослый, будоражащий мужской аромат.

– Тогда объяснись, – грубо сжав мои бёдра, отвечает Северский, почти касаясь мочки уха.

Взмахом руки, намекает мужчинам, чтобы ушли. Наверняка тоже пилоты, что летают с ним в Эмиратах. И наверняка платит за всё именно Дмитрий.

– Так и будешь молчать? – хмыкает он, одной рукой проходясь по моей спине и останавливаясь на талии, а второй поднимаясь к затылку и берясь за мои волосы. – Маленькая распутница. Я вижу, что ты делаешь.

Ощущение его груди, прижатой к моему телу слишком сильное. Я позволяю себе протянуть руку, прикоснуться к мужчине, изучить, как он только что делал со мной.

– Отвечай, – приказывает Северский, наклоняясь вперёд, чтобы провести губами по шее, намотав мои волосы на кулак и чуть оттянув голову назад.

Стиснув бёдрами его ноги, позволяя платью задраться вверх, оголяя бельё, я выгибаюсь, почти плавлюсь от этого касания, неосознанно создавая трение между ног, почувствовав вдруг внизу внушительную эрекцию.

Ох.

Он настолько пьян? Или ему нравится подобная власть?

Осознание, что желанный мужчина тоже возбуждён, придаёт мне сил. Горячее вожделение проносится по телу, дурманящее и волнующее.

– Раздевайтесь, – решительно требую я, тяжело сглотнув из-з чувства скованности в горле.

– Для чего?

Мне думается, что я выгляжу великой соблазнительницей, но, кажется, Дмитрий слишком быстро раскусывает меня, сдерживая смешок. Сжав мою челюсть, его пальцы властно обхватываю лицо, а большой слегка очерчивает контур губ. Я почти забываю, где нахожусь, что должна сыграть роль, даже о маске, скрывающей моё лицо, пока не слышу его хриплый шёпот: