– Да, отомстить… – заплетающимся языком соглашаюсь я.
– Нужно найти какого-то красавчика!
– Да, согласна! Пусть знают, что они нам не нужны!
– Тише, девочки. Давайте в другой раз, а? А сейчас я просто довезу вас домой, идёт? – Женя выступает «голосом разума».
Кажется, он совсем трезв. Я бы даже обиделась на друга, будь мы младше на пару лет. Как это так, я напилась, а он нет? И с утра точно станет припоминать, подтрунивать. Но мы переросли это. Печально иногда осознавать, что мы рано повзрослели. Ему девятнадцать, мне будет девятнадцать меньше, чем через месяц. Многие наши ровесники живут беззаботно, ходят по клубам, прожигают молодость, прогуливают учёбу. Любят, встречаются, заводят разовые связи.
А мы уже такие молодые «взрослые». Мне на работу. Ему в институт. И нет времени на гульки. Моя бабушка старенькая. Сейчас пронесло, но позже могут быть осложнения с сердцем, ей может понадобиться уход, да и сейчас потребуются таблетки, а на это нужны деньги. От мамы помощи я не жду. А у Женьки отец, зарабатывающий копейки, частенько уходящий в запой. Благо, его мать свою жизнь наладила. Ещё у него Маринка, которая хочет красивую свадьбу по полному разряду, чтобы «подружки завидовали». Да и сама девушка не стремится работать, из-за чего приходится подрабатывать другу после учёбы. И мы оба можем рассчитывать только на себя, свои силы, чтобы построить приемлемое будущее.
Отгоняю мрачные мысли, всё сильнее поддаваясь чувству опьянения. Приятному, тягучему, туманящему разум.
– А там красавчики будут? – интересуется Снежана, почти как ребёнок, надувая губки.
– Конечно. Обязательно.
– А если не будет, закажем стриптизёров!
– Ага, закажите. Непременно.
– И тортик… «Муравейник»… вкусный такой… – вклиниваюсь в их диалог, когда мы уже выходим на улицу и подходим к ожидающему нас такси.
Садимся в машину все вместе: коллега тоже едет ко мне. Несмотря на её возраст, семья у Майской строгая, и вернуться домой в таком состоянии она не может.
Последнее, что помню, как мы сидим втроём на заднем сидении такси. Моя голова снова покоится на плече лучшего друга, а он активно что-то обсуждает со Снежаной.
А просыпаюсь я у себя дома. От того, что разрывается от звонков телефон. Тянусь к нему, разлепляя сонные веки и видя высвечивающееся на дисплее имя, приносящее только боль: Дмитрий.
Дмитрий.
Семь дней. Семь чёртовых дней Яна игнорирует мои звонки и смс-ки. Сбрасывает вызовы, а сообщения вовсе не читает.
Я не знаю, что случилось. Не понимаю и могу лишь догадываться. Неужели она узнала то, что ей знать было не нужно?