Помню. Мелкий и пухлый мальчик на класс младше нас.

– Поднялся он, бизнес свой, все дела. Марина частенько его ставит в пример. Так и говорит: «Вот ты всё в свой институт ходишь, рекламщиком быть хочешь, а по факту время тратишь. И что потом, после диплома? Баннеры для социальных сетей делать? Вот Басев в институт не пошёл, сразу к дяде на автомойку. Теперь у него своих три автомойки». А на днях я случайно узнал, что Марина была на их встрече выпускников с подругой. И отрицает ведь! А я фото видел!

– А ты проверь её, – предлагает Снежана. – Она сейчас знает, где ты?

– Знает, что с Яной.

– Вот и напиши, что домой не приедешь. Предлог придумай. Если изменяет – либо сама к любовнику поедет, либо к вам позовёт.

Коллега тут же подсаживается ближе к другу, помогая придумывать план. Надо же, как быстро спелись. А я опять окунаюсь в свои мысли, от которых даже приличное количество алкоголя не спасает. Ещё один шот, а Женя пишет Марине. Оказывается, его отца дома нет. Уехал на заработки. Можно сказать, всё «удачно совпало». Но я всё ещё считаю идею бредовой. Не верю, что Марина способна изменить.

– Колесникова, пошли, споём? – предлагает Майская.

– Я плохо пою.

– Тут все плохо поют, – хихикает девушка, почти утягивая меня в сторону зоны караоке.

Выбирает знакомую нам обоим песню Лазарева. Звучит музыка, и Снежана запевает куплет, а потом и припев:

«Мы с тобой шёпотом, шёпотом. Спрашивали, что потом, что потом будет? Шёпотом, шёпотом. Не хочу кричать о том, что друг друга забудем».

Неосознанно перед глазами встаёт Дмитрий. Я вспоминаю его лицо, губы, волосы, глаза, поцелуи, касания. Его «Котёнок». И как не стараюсь, не могу выбросить его куда подальше. В прошлое. Смогу ли вообще?

Коллега передаёт микрофон мне. Потупив взгляд, стесняясь, я всё же затягиваю:

«Шёпотом, шёпотом. Спрашивали, что потом, что потом будет? Шёпотом, шёпотом. Не хочу кричать о том, что мы разные люди».

В глазах встают слёзы. Я едва сдерживаюсь, чтобы не всхлипнуть и снова не разреветься в три ручья. Передаю микрофон обратно Майской. Она поёт куплет и, замечая моё состояние, машет рукой сотруднику бара, чтобы выключил музыку.

– Так, Колесникова, идём, – хватает она меня за руку. – Тебе нужно ещё выпить.

Садимся за бар, а мужчина после нас заказывает «Рюмку водки на столе» Лепса. И поёт так душевно, звучно, тоскливо. Совсем не мой жанр, музыка не моего времени, и всё же что-то отзывается, а я мысленно хвалю певческий талант незнакомца.

И ещё один шот, который совсем лишний.

– Знаешь, может быть, нам отомстить? – совсем уже нетрезво предлагает Снежана.