На этот раз выбираю синее, оно струится по фигуре, на груди красуется симпатичный вырез, не слишком откровенный, но довольно привлекательный.

Пальцы дрожат, косметика ложится неровно, тушь чуть размазывается, но мне уже всё равно. Главное успеть, чтобы Ира меньше на меня ворчала.

Выхожу на сцену и всё ещё ничего не понимаю.

Зал пустой, ни души. И кому я буду петь?

Свет, направленный на сцену, ослепляет, но за ним густой мрак.

Даже фоновой музыки нет и тишина звенит.

У меня учащается дыхание, так и хочется закричать:

«Что за шутки, Ира? Почему здесь никого нет⁈»

Но вместо этого я обращаюсь в никуда:

— Музыку можно включить?

Ноль реакции, только лёгкое эхо моего голоса.

Делаю шаг вперёд, по привычке держу микрофон в руке и чувствую, как ладони потеют.

Что-то здесь не так.

С каждой секундой мерзкое предчувствие сильнее. Странное ощущение, будто Ира специально что-то от меня скрыла.

И вдруг я замечаю движение, где-то в самом углу зала… Тень.

Неясная, будто растворённая во тьме, но она есть. Мне не мерещится.

Сначала мне кажется, что это просто отражение, но тень двигается.

Я замираю.

Зрение медленно привыкает к темноте, и тогда я различаю силуэт.

За столиком сидит человек.

Почему я сразу его не заметила? Или он нарочно прятался от меня, чтобы заставить меня нервничать ещё сильнее?

Не может быть… Нет. Только не он.

Когда фигура поднимается и выходит из темноты, у меня обрывается дыхание. Тигран.

Кровь отхлынула от лица, ноги ломаются. Пол будто качается под ногами, и я поражаюсь, что до сих пор стою на них.

Значит, всё-таки узнал меня…

Он же должен был уехать. Чёрт, почему он здесь⁈

Тигран идёт медленно, шаг за шагом, не отводя глаз.

И этот взгляд… Знакомый. Такой тяжёлый, цепкий, словно придавливает к земле.

Сердце колотится где-то в горле, дышать становится физически невозможно.

Микрофон в руках становится скользким и вдруг срывается вниз.

Падение раздаётся громким звоном, звук микрофона гулко отдаётся эхом, будто выстрелом.

Я вздрагиваю. Становится холодно, кожа покрывается мурашками. Хочется обнять себя за плечи, чтобы согреться, а ещё лучше — убежать.

Губы дрожат, слова не складываются.

Бывший подходит ещё ближе.

Медленно, размеренно, как будто знает, что от него не сбегут. Словно хищник, заставший свою жертву врасплох.

Я делаю шаг назад, но сцена короткая, дальше просто некуда. Застряла. Он просто зажал меня в угол! Чувствую себя пойманной в ловушку.

От него не скрыться, а ещё на мне нет ни маски, ни грима, ни чужого образа. Черт! Теперь я просто Василиса, та, которую он однажды знал до мельчайшей черточки.