Выдержки у посла в который раз не хватило, и его лицо заметно исказилось. Ну да, едва кошка к сметане, а откуда ни возьмись хозяин — и со всей дури палкой шкодливую скотину по хребту. Обидно. И сметаны не отведала, и спина болит.
А Голицын продолжал.
— Да, при обнародовании текста авторов в живых не будет, но поверьте, Георгу от того станет не легче, а наоборот, тяжелее.
— То есть как? — невольно вырвалось у дипломата.
— Дело в том, что привлечь покойников за клевету невозможно, — почти ласково пояснил Голицын. — Стало быть, стесняться нам с государем нечего, а потому мы дали волю фантазии в отношении вашего короля. Полную волю . Она же у нас… Ваш Герберт Уэллс отдыхает и нервно курит в сторонке, вытирая горючие слёзы чёрной зависти. Так что Георг после оглашения сих бумаг узнает о себе, супруге и детях очень много нового, уверяю вас. Причём составлены эти обвинения так, что ничего из написанного опровергнуть у него не выйдет. Догадываетесь, что произойдёт?
— Думаю, да, — выдавил Бьюкенен.
— Но сомневаюсь, что в полном объёме. Начнётся с того, что в этот же день произойдут массовые стихийные погромы и все англичане, пребывающие в России, окажутся вырезаны. До единого. Вот тогда-то разрыва дипломатических отношений точно избежать не выйдет. Равно как и отправки двух или даже трёх полностью укомплектованных русских дивизий в Индию. С дружеским визитом. Разумеется, одной из них будет та самая . А вдобавок… Короче, Англию ждёт много интересных сюрпризов, которые в виде пожеланий будут указаны в последнем завете государя, а у нас на Руси воля умирающего священна. Заверяю, выполнят в лучшем виде. Словом, не советую пускаться на глупости — дороже встанет. И намного.
Бьюкенен стоял уже возле двери, но вдруг, спохватившись, резко обернулся.
— Подождите! Но мы с вами не успели договориться относительно срочных мер, которые России надлежит предпринять для остановки переброски немецких дивизий во Францию!
Виталий строго погрозил ему пальцем:
— Вначале кредит. Лишь когда соответствующие бумаги будут подписаны, тогда и… поглядим, чем мы сможем вам помочь.
И англичанин понял, что вновь, в очередной раз за сегодняшний вечер, ошибся.
Какое уж там поражение⁈ Скорее, полный разгром!
Вообще-то сумму кредита, равно как и количество золота, Голицын завысил, предполагая, что глава нации торгашей обязательно попытается подрезать требуемое. Значит, надо заранее иметь возможность уступить без ущерба для страны.
И Виталий уступал.
В конечном итоге английскому дипломату удалось сократить предоставляемый кредит до пятисот миллионов и увеличить процент до пяти. Последнее — чтоб никто, дескать, не заподозрил неладного.