Но мы пошли не в жилые комнаты, а в тупик, где размещались кладовки, рабочие подсобки, комната для стирки и глаженья (по-моему, только девчонки её использовали), вечно пустующая кают-компания второго крыла (мы хоть и спорили за лидерство, но собирались обычно в общей, самой большой).

В кают-компании тусим, что ли?

Но нет, Джей пошёл дальше. В самом торце коридора были две большие двери — зарядные комнаты болванов. Я вдруг вспомнил, что порой замечал, как болваны-уборщики уходят в левую, а вот пользовались ли они правой?

«Да ты наблюдательный», — фыркнул Боря.

Джей с натугой открыл правую дверь, и мы вошли.

Помещение оказалось куда интереснее, чем я бы мог предположить. Во-первых, большое — десять на пятнадцать метров примерно. С балконом! Настоящим балконом, выходящим в какое-то странное тёмное пространство… Да это же техническая зона в центре базы! Освещение на балконе было, но какое-то очень слабое, фиолетового цвета. Из открытой двери дул холодный ветер, пахнущий озоном и, конечно же, куревом.

— Эй, закройте, пока пожарные датчики не сработали! — донеслось с балкона.

Я покосился на Джея, быстро закрывающего дверь. На его лице никакого удивления не отразилось. Так он тут уже бывал, значит?

Помещение освещалось очень тускло, работало буквально несколько световых панелей. Одна помаргивала. Не знаю, почему на базе так широко используются древние люминесцентные лампы, а не обычные светодиоды, но факт есть факт.

Тут имелись несколько столов, много стульев, три дивана, два здоровенных холодильника — один со стеклянной дверцей, в нём хранилось пиво. На столах, кстати, стояло штук пять пустых бутылок… Ещё было четыре кровати, на одной кто-то дрых, замотавшись в одеяло. Стены раскрашены граффити, налеплены плакаты с рок-группами и полуголыми девицами, пара больших экранов, несколько досок для игры в дартс. В углу стояли в ожидании приказов два болвана: один в старых шортах, другой в юбке и самодельном парике. От этого вид у болванов стал ещё глупее, чем обычно.

Что-то дитячье во мне радостно завопило при виде эдакого великолепия. Даже все горести и печали вынесло из головы.

— Ничего себе… — прошептал я.

— Старшаки неплохо оттягиваются, — согласился Джей.

— Ты тут бывал?

— Мне шестнадцать разок исполнилось, помнишь? Как правило, тех, кто младше, сюда не зовут.

— Офигеть… — выдохнул я. И вслед за Джеем пошёл к балкону. Лампа над головой замигала совсем уж часто и мерзко. Я не выдержал и сказал: — Блин, что за придурки поставили на базе люминесцентные лампы? Какой-нибудь старый архитектор запроектировал, а потом всем было лень менять?