Хенрик сунул мне в руку леденец, достав его из кармана халата.
— Держи!
— Да отвали ты, кусок дерьма! — завопил я. — Что ты вечно глумишься, дебил?
Хенрик заморгал, растерянно глядя на меня.
— Тебе нужен сахар! Вам всем нужно сладкое после воскрешения! Мозгу нужно, сердцу нужно! Почему вы всегда ругаетесь и не берёте?
Он махнул рукой и тоже занялся младенцами.
В помещении стоял ор, воняло кровью, химией и дитячьими какашками.
Я тупо смотрел то на леденец, то на Хенрика. Кардиолог был совсем немолодым, несуразным, некомпанейским.
Мне вдруг стало понятно, что он действительно совал нам леденцы, потому что считал это полезным. А хохотать принимался потому, что наша реакция его смущала.
Я развернул леденец и сунул в рот. Сказал:
— Там убитые. Морпехи.
— Знаем, — сказал морпех, кладя на стол младенца, которого чуть не раздавил падший. Принялся заворачивать в какую-то тряпку.
— Их могло быть несколько. Падших.
— Трое их было. Этот последний. Заверни дитя во что-нибудь.
Я стащил с себя простыню, обтер младенца.
Да, возможно, это я. Или Джей. Или Эрих. Но уж точно не Анна или Хелен.
Завернув младенца в простыню, я сел на стол рядом с ним и принялся грызть леденец.
6
Мы никогда не собирались все вместе после того далёкого дня, когда нас отправили с Марса на Каллисто.
Обычно не меньше пяти эскадрилий находится в пространстве. Кто-то над Юпитером, кто-то на пути к нему или обратно. Это очень мало, если вы хоть чуть-чуть представляете себе размеры самой большой планеты в Солнечной системе. Всё равно, что одному человеку сесть в древний винтовой самолётик и патрулировать всю Землю.
Но мы делаем, что можем, а порой ангелы дают нам наводку на вероятные маршруты падших. В любом случае у нас только одна база и ограниченное количество ресурсов, как материальных, так и человеческих.
Вчера была схватка над Каллисто, вчера совершилось неслыханное — трое падших проникли на базу. Мы отбились сами, ангелы не откликнулись на молитвы.
Завтра утром с Земли прибывает грузовик, раньше все ходили бы радостные, предвкушая гостинцы от родных, свежие фрукты и прочие приятные вещи. Два десятка морпехов должны были смениться, истекал их двухгодичный контракт…
Всё изменилось.
Нас собрали на первой взлётке просто потому, что её раньше других привели в порядок. Уцелевшие истребители спустили в ангары на обслуживание и заправку, а едва дотянувшие до базы и непригодные к ремонту — техникам на разборку.
Ни одного экипажа не было в космосе.
Но три крыла всё равно не собрались полностью.
И уже никогда не соберутся.
Полковник Уильямс поднялся на трап, который выкатили к закрытому шлюзу. Снял фуражку и пригладил короткие жёсткие волосы.