Я старался держаться «зелёных зон», где теоретически меня не должно было зацепить грузовой стрелой или затянуть в конвейер, но всё равно ко мне прилип бортмеханик Мустафа, обычно занимавшийся на взлётке вторым крылом. Пару раз он хватал меня за руку, оттаскивая от опасных мест, и укоризненно качал головой. Никаких указаний техникам и бортмеханикам я, конечно, не делал, глупых вопросов не задавал. Сам не знаю, зачем я полез на технический этаж, но это как-то меня успокоило. Дождавшись, пока всех «пчёл», «ос» и «шершня» проверили, отрегулировали и заправили амуницию длительного хранения, я распрощался с Мустафой, поблагодарил техников и ушёл. Меня ждал предполётный брифинг. Первый, на котором я буду стоять перед товарищами и объяснять, что нам предстоит.

Экран занимал всю стену, а зал мог вместить все три крыла. Мне выделили главный тактический штаб, и никого, кроме пилотов, в нём сейчас не было. Одиннадцать пилотов «пчёл», шесть пилотов «ос» и Сашка со своим вторым пилотом и тактик-пилотом.

Двадцать один человек, если считать меня.

Я стоял перед экраном, а двадцать человек сидели в зале. Эскадрилья «ос» и команда «шершня» заняли передний ряд, наша синяя сидела за ними, красные и оранжевые третьего крыла оккупировали правый угол. Оранжевая утратила свой ровненький статус — Вонг, Валентина и Михаэль по-прежнему были почти взрослыми, а вот Рене торчал посреди них мелкий и взъерошенный, как сын полка, допущенный потусить с бойцами. Среди красных самым старшим выглядел Джон, сохранивший свою шестнадцатилетнюю седьмую тушку.

— Меня назначили командовать отрядом, — сказал я. — Назовём его «отпускники». Почему я? Ну, так получилось. Сашка, извини.

— Да всё понятно, за тебя серафимы словечко замолвили, — усмехнулся он. — Ты у них любимчик.

Сашка молодец. Его реплика сразу сняла напряжение. Ребята из третьего крыла заржали.

— Полёт долгий. — Я кивнул на экран. — Расположение удачное, но почти двое суток будем идти до Пасифе, Юпитер-8. Назван в честь Пасифаи, матери Минотавра… та ещё мамаша… Там сбрасываем зонды, делаем селфи, можно будет кратер какой-нибудь своим именем назвать. Время активного пролёта — около двадцати минут, перицентр проходим за пару секунд. Коррекция курса, гравитацией этого булыжника никак не воспользоваться, увы. Ещё полтора суток до Ананке, Юпитер-12. Там пролёт чуть дольше, до сорока минут, перицентр — доли секунды, одновременно пройдем мимо Праксидике, Юпитер-27.

— Ананке с Праксидике в честь кого назвали? — спросил с улыбкой Сашка.

— Богини судьбы и возмездия.