И чтобы хоть чем-то себя занять, я принимаюсь готовить. Надо отдать должное этому мужику. У него порядок во всем. С таким ехать на природу одно удовольствие. Он даже подумал о складном столе. И стоило мне только подумать о Крапивине, как я тут же ощущаю его присутствие в непосредственной близости.
Он стоит почти впритык ко мне. И хоть меня не касается, но находится так близко, что я чувствую исходящее от него тепло. Продолжаю резать овощи, как будто ничего не происходит, но выходит у меня это с трудом. Что ему от меня надо?!
За своими раздумьями не сразу осознаю, что Крапивин подается ко мне, накрывает своей ладонью мою руку, держащую нож, и намеренно касается своей грудью моей спины. И ладно бы это какое-то мгновение. Он задерживается в такой позе несколько долбаных секунд во время которых я забываю, что такое дышать. А затем проводит кончиком своего носа по моему виску.
Кажется, я снова не дышу. Одно радует: этот паршивец без футболки, но напялил джинсы. В голове ни одной дельной мысли. Только один и тот же повторяющийся вопрос: «какого черта он это делает?!». Невероятными усилиями сдерживаю порыв высвободить свою руку из захвата Крапивина и всадить в него нож. И в этот момент он произносит то, чего я точно не ожидаю услышать:
— Нож тупой. Надо поточить.
Самое смешное, что нож и вправду тупой. Долбаный помидор уже испытал все степени отчаяния от моих действий. Но проблема в том, что трогает меня Крапивин не из-за тупого ножа. Если сейчас поддамся и покажу ему, насколько меня тревожит происходящее, то все. Этот гад будет этим пользоваться. Выкуси, мистер антигрязь.
— Дядь Ярик, а вы не боитесь столь тесного контакта? — как можно беззаботнее произношу я, наблюдая за тем, как его большой палец поглаживает мою руку. — Говорят, ковид гуляет и оседает в легких чистюль. Вы в зоне риска.
— Бояться нужно тебе, — шепчет на ухо, задевая мочку.
Спокойно. Вдох-выдох. Только моя сдержанность позволяет не поддаваться эмоциям.
— А как же социальная дистанция?
— Ты ее сама нарушила, впустив свой яд, когда оставила на мне свои отметины. Все, процесс пошел, — какой к черту процесс?! — Чувствуешь? — вновь шепчет на ухо, не убирая руку.
— Что от вас пахнет туалетным утенком? — демонстративно вдыхаю воздух. — Да, чувствую. Вы бы заканчивали пользоваться моющими средствами не по назначению. Они стирают защитный кожный слой.
Вместо ответа на мой комментарий Крапивин усмехается, а затем раскрывает мою сжимающую нож ладонь и берет его в свою руку. Не удивлюсь, если в следующий момент он начнет этим тупым ножиком вырисовывать узоры на моей коже.