Леди Старк вместо своих прямых обязанностей и воспитания младших детей, сидит на юге и не сует нос туда, куда не надо. Так произошло, когда в начале 298 года к нему прибыло письмо с требованием собрать две тысячи людей для отправки в Долину в поддержку Робину Аррену. Имея какой-никакой опыт, в тот момент Джон обоснованно заподозрил неладное. Нет, он, конечно, начал подготовку, но все же отправил ворона к отцу. Это была частная инициатива леди Кейтилин, и из-за этого Чета Старков разругалась.
Позже, используя этот прецедент, Джон исполнил давнюю мечту своей любимой сестры (не считая Джейн), Арьи. Когда Санса отплыла в Королевскую гавань, то «захватила» с собой старую септу Мордейн. Естественно, Арья была счастлива, ибо ненавидела «занятия для благородных дам». Но радость продлилась недолго, леди Старк пригласила новую септу. Леди Лейма была еще хуже старой. Она была строгой фанатичкой с изрядной долей снобизма, считающая Семиконечную звезду — сводом правил, по которым надо жить молодой леди. Естественно, с таким характером жители замка быстро ее невзлюбили, и Джон в том числе. Но если раньше он был лишь забитым бастардом, то сейчас все поменялось.
Он выдворил септу и заменил ее на «воспитательницу» из Белой гавани, которую ему порекомендовал Марлон. Леди Мара умело чередовала традиционное воспитание южных леди и воинскую подготовку для молодых девушек. Арья была в восторге и почти не жаловалась на «девчачьи глупости». Недовольство леди Старк было заглушено ее недавней ошибкой и коллективным довольством остальных. В Винтерфелле наступил порядок.
С каждым месяцем, проведенным на вверенном ему посту Джона все больше и больше одолевали беспокойства. Война пожирала ресурсы, словно песок — воду. Основная тяжесть легла на и так небогатый Север. Траты были огромными, лорд Старк даже приказал использовать амбары, подготовленные к зиме. Еще полгода, плюс-минус пара месяцев, и все — ресурсы закончатся, а зима близка.
Хоть на его веку еще не было зим, но Джон понимал всю степень надвигающейся проблемы и не знал, как ее предотвратить. Отец в этом деле не сильно помогал — просил потерпеть немного. Лишь уверенность Джона в отце позволяла спать спокойно и делать все от него зависящее.
Отец всегда был для него примером для подражания, идеалом, к которому нужно стремиться, будь это воинские умения (во время восстания отец убил Меч Зари), отношения к окружающим или управленческие навыки. Только Джон — не его отец и, не смотря на постепенное привыкание, ответственность за север давила, словно гора.