— Все, с кем спал, получали порцию лунного чая и выпивали при доверенных лицах. Отработанная система, позволяющая за двадцать лет не получить ни одного бастарда. И тут произошла осечка, благо хоть последствия стали приятными.
Осточертевший турнир в Чаячьем городке, неожиданная ссора с Ровеной и накатившая хандра, помноженная на принятие огромного количества вина, вынудили Джона сослаться на усталость и отправиться в свои покои. План был хорош, но в него врезалась спешащая куда-то красивая девушка с заплаканным лицом. До него не сразу дошло, что это была леди Джейн Ройс – единственная дочь лорда Робара Ройса. Нацепив приветливую улыбку, Джон было хотел пройти мимо, но что-то в этот момент заставило его, наплевав на нормы приличия, проводить молодую деву до покоев, попутно развлекая её светской беседой.
— Это была одна из самых позорных ситуаций в моей жизни: взрослый грандлорд Долины исповедуется молодой девушке. Смех да и только. А ведь она искренне сочувствовала и подбадривала меня. — Джон возвёл молитву богам, что этот момент не стал достоянием двора, ибо тогда его репутации пришёл конец.
Слово за слово произошел поцелуй. Джейн не оттолкнула его, и тогда произошла чудесная ночь. На утро, когда мозг включился, стал понятен масштаб проблемы. Будь Джейн дочерью маленького благородного дома, то можно было бы просто откупиться. Стандартная практика, ее часто применяли власть имущие. Однако Ройсы из Рунного камня не простые аристократы из отдаленных земель, они одни из главных знаменосцев, которые мало в чем уступают Аррен. С ними того не получится. Как бы странно это ни звучало, но лучшим решением было сделать вид, что ничего не произошло. Оказывается, как мало нужно человеку для радости – искреннее общение без притворства и лжи.
Вернувшись в Орлиное гнездо, где ждали малолетние воспитанники – Роберт Баратеон и Эддард Старк. Хотя все начиналось с простой политической необходимости скрепить неформальный союз нескольких регионов, со временем Джон понял, что его тяготят излишне формальные отношения между ними. Чем больше времени проходило, тем больше он давал детям «послабления». Это так естественно, что никто ничего не заметил. Лишь после турнира в Чаячем городке Джон смог четко сформировать позицию. На ужине Джон попросил их о более неформальном общении.
Они не были глупы, даже Роберт, хотя ведет себя как отъявленный нарушитель спокойствия, умеет пользоваться мозгами, поэтому отнеслись к просьбе скептически. Давить на них было излишне, это должно само прийти. Так и произошло. Роберт очень быстро вышел за рамки придворного этикета. Нед устоял чуть дольше. Три недели, если быть точным. Двадцать дней, и наконец-то северный лед начал таять. По чуть-чуть, но каждый разговор становился свободнее, а улыбка – искреннее.