В рунном камне его встретили так, как со всеми регламентируемыми почестями, однако с заметной прохладой. Такое поведение слегка настораживало. Все же за последние полвека никаких негативных «пересечений» у Арренов и Ройсов не было. Да и война Девятигрошевых королей, где они вместе проливали кровь, сделала их, если не друзьями, то боевыми товарищами. Все стало понятно перед покоями Джейн, где вышла служанка с детскими принадлежностями. Сердце замерло в неверии, и, несмотря на протесты нянечек, Джон зашел в комнату и… Увидел своего сына. Это был точно он, сердце не обманешь. Как завороженный, он подошел к мальчику. Светлые, песочного цвета волосы, ярко-голубые глаза и маленький «орлиный клювик», грозящий вырасти в орлиный нос. Но добивающим стало едва проступившая ямочка на щеке, когда мальчик улыбнулся.
У Джона есть сын! Наследник! То, о чем он мечтал целые десятилетия! Эйфория полностью поглотила его. И с осознанием всего виновник смерти Ровене стал до боли очевидным. Голубые глаза, полные гнева, встретились со спокойными серыми. Джон не отрицал: он хотел повесить, если не все семейство Ройсов, то Робара точно, однако десятилетия опыта не дали ему совершить опрометчивый шаг. Если забыть, что бывшие Бронзовые Короли были очень могущественными лордами-знаменосцами, то остается факт родства его сына с этим домом. Живой Робер – лучший помощник для его наследника. В очередной раз в жизни Джон, ради лучшего будущего, пошел на сделку с совестью. Друзьями с Робаром они точно не станут, но союзниками, скрепленными одной целью – да.
Два месяца подготовки с последующей свадьбой были очень напряженными. Многочисленные факторы мешали признать Акселя его наследником, однако Джон закусил удила и не перед чем не остановился. Столь скорая женитьба оскорбит Арренов Чаячьего городка? Плевать, он не обязан оставаться вдовцом до конца жизни. Вопрос с короной решился после длительной переписки с нынешней десницей короля, лордом Тайвином Ланнистером. Поскольку Аксель родился вне брака, то его положение довольно щекотливое. Лишь корона имеет право узаконивать бастардов. С этим проблем не было бы, это дело одной бумажки. Однако Джон был серьезно настроен сделать своего сына именно сыном, а не узаконенным бастардом. Пришлось пойти на некоторые уступки и «открыть окошко» для вхождения дома Ланнистер в их межрегиональный союз. У львиного дома как раз наследник близкого возраста со второй дочерью Талли. Теперь официальная власть признает законность притязаний Акселя на Орлиное гнездо. А вот сколько головной боли доставила вера – не передать словами. Главный септон всея Долины, который находился в Чаячьем городке, оказался недоговороспособным. Только когда Джон отписался Верховному септону и внес щедрое «пожертвование» на благо Семирых, то вопрос с религией был разрешен.