От разрывов вражеских снарядов корабль содрогался всем корпусом, в боевой рубке порой падали на палубу, не в силах стоять на ногах от вибрации. Человеческие кости порой не выдерживали, ломались, дико вскрикивали от боли люди. Пожары разгорались, линкор скоро будет представлять сплошной погребальный костер. Досталось и американцам — тоже горели, снарядов нахватались немало, но на боеспособности это не сказалось, мощь артиллерийского огня нисколько не уменьшилась.
— Метко стреляют, половинными залпами, по шесть снарядов. Еще час такого обстрела, и команде придется сходить на лед, может кто-то и спасется, если очень повезет. А так нет шансов, если только не угодим снарядом в одну из башен, и огонь от разрыва снаряда не скользнет вниз, в погреб, как произошло с «Худом». Да, пожалуй, на это нам следует и рассчитывать. Но радары с оптикой мы американцам выбили, впрочем, как и он нам.
Сохраняя внешнее спокойствие, произнес Бей, в эту минуту лихорадочно думающий, как избежать уготованной его флагману участи. Нет, адмирал не поносил в мыслях Берлин, разработанная операция на самом деле сулила стратегический успех, по большому счету линкор стоил половину транспортов конвоя, но утопили не полтора десятка, а всего один «трамп». И японцы также могли ошибиться, приняв линкор с характерным форштевнем за тяжелый крейсер. Но сейчас противник был определен — сошлись, что это «Айдахо», кораблей этого типа в США построили три, вооруженных новыми четырнадцати дюймовыми пушками с длиной ствола в пятьдесят калибров, на пять больше прежних, а потому обладающих лучшей бронепробиваемостью. Самый опасный противник, встретится с которым для «Шарнхорста» стало погибельным занятием. Да и на короткой дистанции боя, для корабельных орудий фактически пистолетной, почти двойное превосходство в залпе американцы реализовали уверенно, при этом защита сошедшихся в схватке кораблей не играла никакой роли — снаряды ее уверенно пробивали. При этом в бою американцы задействовали пятидюймовые орудия, а немцы 150 мм и 105 мм — войдя в клинч, противники не жалели снарядов. И так продолжалось полчаса, и лишь внезапный и очень мощный снежный заряд прервал затянувшееся противоборство — неожиданно стало темно, стрельба сразу прекратилась, разглядеть что-либо было невозможно. Обычная для Арктики зимняя погода, в здешних широтах она как раз и начинается в сентябре, и продолжается до середины мая. И «Шарнхорст» это спасло — чувство облегчения, похожее на эйфорию, охватило души — умирать ведь никому не хочется, а всем стало ясно, что американцы одолевают, и еще немного и для всего экипажа будет тот самый «капут».