Но сейчас выкладывать эти соображения маршал Кулик не собирался — пусть враг союзникам гордыню хорошо сломает, безжалостно, об колено. Тогда понимать начнут, что к чему, и намного сговорчивее станут. Жаль только, что германское наступление начнется позже, после того, как Черчилль и Рузвельт уже убудут из Ленинграда. Было бы намного лучше, если бы в Испании и северной Африке нанесли бы удар сейчас — это бы возвратило премьер-министра в реальность, намекать бы перестал сразу. Но на такое несчастье рассчитывать не приходится — пауза на фронте меньше месяца стоит. Часть сил немцы перебросили, но удар, скорее всего, нанесут полнокровными группировками, причем местность для действий танковых войск одна из лучших — грунт каменистый, дожди редки, лесов практически нет, болота отсутствуют как таковые и главное — равнинный характер.
И как назло люфтваффе не разбомбило Хельсинки, а потому можно сделать вывод, что в Берлине хорошо знают, где собралась «Большая Тройка», и бомбардировка произойдет как раз в тот момент, когда они приедут в столицу Финляндии. Вот этого очень не хотелось…
Развертывая свои бронетанковые дивизии, англичане направляли в них технику собственного производства, те же «кромвели». Вроде бы почти одинаковая база с Т-34/85, «прародитель» ведь общий, но получились совершенно разные танки, достаточно взглянуть на несколько архаичный корпус и башню «джентльмена». Недаром английские танкисты часто предпочитали «шерманы» с длинноствольными пушками, особенно когда в 1944 году столкнулись в Нормандии с германскими «пантерами»…
— Надо отступать к Гвадалахаре, Хуан, и чем скорее мы сделаем, тем для нас будет лучше. Места знакомые, успеем занять оборону — перекроем дорогу на Мадрид. Ты посмотри, что твориться — алеманы просто смахнули американские дивизии. Напрочь раздавили, как кувалдой лягушку…
Листер выдал матерную «руладу», показав свое близкое знакомство с русским языком, которым он владел в достаточной степени, несколько лет прожив в России. Сейчас и он сам, и Хуан Модесто, и командир танковой бригады латыш Поль Арман, ставший недавно бригадным генералом (при этом все трое оставались убежденными коммунистами) пребывали в состоянии морального надлома. Все трое отчетливо понимали, что как только немцы обратят на 2-й испанский корпус внимание, от него останутся, как любят приговаривать русские — «рожки да ножки».
Такого мощного наступления вермахта никто не ожидал — от американского командования шли заверения, что все под контролем и к новому году вся территория Испании будет освобождена от нацистов и франкистов. Слишком самоуверенным оказался генерал Эйзенхауэр, полагаясь на собранные три десятка дивизий — половина американских, с дюжину испанских и несколько британских. Тем более первое наступление вермахта на Эбро удалось приостановить, пусть с большими потерями, но наступающие танки выбили большей частью — это были «старые знакомые» по восточному фронту «тройки» и «четверки», и немного «пантер» — скомпонованные на шасси Pz-IV танки, вооруженные длинноствольной 75 мм пушкой.