— И что теперь делать? Корабли обречены, удастся ли спасти команды — вот в чем вопрос. Если люди погибнут от голода и холода, банально вымерзнут, то позор на моем имени будет несмываемый!
Бей горестно усмехнулся — как никто другой контр-адмирал понимал, что они чудом остались живы, вырвавшись из самого пекла. Получить два десятка четырнадцатидюймовых снарядов с убийственно короткой для крупнокалиберных орудий дистанции, страшное дело. Но корабль строился именно для такого боя, и, обладая хорошим запасом прочности и вполне надежным бронированием, выдержал две схватки в подряд, выстоял под убийственным огнем, и в свою очередь причинил повреждения «Айдахо», правда, пока не ясно насколько серьезные.
Линкор для рейха потерян, уже вмерзает в лед бухты, в которой отдал якоря. Рядом стоит чудом удравший от английских крейсеров «Кельн» — спасло то, что англичане не ожидали, что германский корабль сам ринется в капкан, и лезть в ловушку за ним офицеры Ройял Нэви не захотели. А все дело в том, что пять лет тому назад крейсер побывал в здешних водах, вот потому капитан цур зее Ганс Майер по совету корветтен-капитана Гельмута Штробеля рискнул уйти за ледяные поля, благо перед выходом на крейсер вернули катапульту и снова оборудовали ангар на два самолета. К несчастью оба самолета потерпели катастрофу, которые в арктическом небе обыденность. Зато на кормовой возвышенной башне была установлена площадка для винтокрылого автожира «колибри», способного взлететь и пролететь сто миль, подняв груз в полцентнера. Эксперимент с пробными полетами завершился успешно — машина показала, что способно летать в Арктике — ее взяли специально на случай проведения ледовой разведки в сложных условиях, если поплавковые гидросамолеты «арадо» будут потеряны. И вот нашлась задача — отвезти на длинном тросе водонепроницаемый мешок писем на всплывшую субмарину, моряки которой ловко его примут и доставят послания моряков «Шарнхорста» и «Гнейзенау» в рейх. Это их «реквием», отправить последнюю весточку на родину…
Взлет вертолета «колибри» с башни «В» легкого крейсера «Кельн» — задумка, опередившая время…
— Интересное время получается, Андрей — мы не пережили тех ужасающих бедствий, которые должны были неизбежно произойти, — Кулик отпил горячего чая, посмотрел на желтые листья, что накрывали еще зеленоватую траву. В Москве наступил октябрь, но было еще тепло, но на даче особенно чувствовалось приближение осени, чем среди плотной городской застройки столицы. А тут в беседке особенно, под чашку горячего душистого чая с разными травами и медом. Могли и поговорить искренне, без задних мыслей — никто не подслушивал, да и не кому было стоять за душой.