Глава 21. Предложение
Страница 106 из 108
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 21. Предложение

Страница 106

– Ревнует, – сказал генерал. Впервые за сутки. – Хорошая девка. Злая. Наша порода.

«Она не ревнует. Она в трауре».

– Одно другому не мешает, лекарь, – сказал генерал. – Уж поверь. Я на похоронах своей первой жены познакомился со второй.

* * *

Дядя жил в левом флигеле родового дома, том, что выходил окнами в сад. Отдельный вход, своя лестница, свои слуги. Святослав в детстве бывал там часто: у дяди в кабинете стоял огромный глобус, который открывался, и внутри были не бутылки, как у отца, а засахаренные фрукты.

Я вошёл через садовую калитку в девятом часу вечера, когда в главном доме уже гасили огни. Тем же путём, каким пробирался тайком в прошлый раз. Тогда в саду меня ждал Ярополк. Сегодня там было пусто. Только мокрые чёрные яблони, дорожки, засыпанные палым листом, и жёлтый прямоугольник света на земле под окном дядиного кабинета.

Дверь флигеля открыл Аким.

Я узнал его сразу. Сонное лицо, рыбьи глаза. Тёмно-синяя куртка с соколами – новая, все пуговицы на месте. Он посмотрел на меня без всякого выражения, будто я каждый вечер приходил сюда через садовую калитку, отступил в сторону и сказал:

– Барин ждёт.

Выгоню, сказал вчера дядя. Сегодня же.

Кабинет был таким же, каким его помнил Святослав. Тёплым, обжитым, заставленным книгами. Глобус в углу. Камин, в котором горел огонь. Кресла у камина, шахматный столик с начатой партией. Портрет покойной жены над столом: бледная молодая женщина с грустными глазами. На столе – бумаги, аккуратными стопками, придавленные бронзовым пресс-папье в виде сокола.

Дядя поднялся мне навстречу из-за стола, обнял – тепло, крепко – и сразу протянул руку ладонью вверх.

– Телефон, Славушка.

– Зачем?

– Привычка, – сказал дядя виновато. – Тридцать лет в Совете родов. В кабинеты, где говорят о делах рода, телефонов не носят. Даже Мстислав в своём оставляет. Тем более нынче, когда они слушают и пишут всё что угодно. – Он улыбнулся. – Аким подержит.

Я отдал телефон. Аким взял его двумя пальцами, как берут мёртвую мышь, и вышел, закрыв за собой дверь.

Всё, что было записано до этой минуты, уже ушло к Дарье. Тридцать секунд. Как дядя открыл мне дверь. Как обнял. Как попросил телефон. Как улыбнулся. Улыбки к делу не подошьёшь.

– Садись, – сказал дядя. – Чаю? Коньяку?

– Ничего не надо, спасибо.

– Правильно. – Он кивнул с одобрением. – В обители отвыкаешь. Я понимаю.

Он сел напротив, у камина. Огонь бросал на его лицо мягкие красноватые отсветы. И молчал. Ждал, пока я заговорю сам. Тот же приём, что и у Кречетова в допросной. Видимо, этому учат и в сыске, и в Совете родов.

назадназад
1 ... 104 105 106 107 108
впередвперед