Звоню, звоню…
– Что из фразы «ложись спать» ты не поняла, Марина, – хрипит он в трубку, и я буквально рисую его озлобленное лицо перед глазами. Даже так знаю, как он выглядит. Как смотрит… Как гневается…
А ещё я слышу басы на фоне… Слышу музыку… Она там до сих пор играет. Я чувствую, что это там, и внутри меня будто просыпается птица Феникс, которая вновь и вновь начинает воспламеняться, сжигая всё, что осталось внутри. И этот пепел превращается в страх…
– Ты же там… Я слышу, ты там… – в ужасе бормочу, а он так шумно и напряжённо дышит в динамик.
– Всё будет нормально. Спи.
– Я не могу… Вернись, пожалуйста… Я не могу просто лечь спать, когда ты там… Я выйду к тебе. Всё, что ты скажешь, сделаю… Всё, что хочешь… Но только вернись сюда, я прошу тебя, Анжей. Уезжай оттуда…
– У меня на этот счёт плохая новость для тебя, в таком случае ты вообще не уснёшь, потому что я не вернусь сегодня, – он сбрасывает трубку, а я не знаю, что мне делать. Перезваниваю снова, но он оказывается выключен… И тогда меня ещё сильнее бросает то в жар, то в холод… И страх курсирует повсюду, будто блуждающий нерв, задевая все отделы моего и без того уничтоженного за сегодняшний вечер организма…
Единственный способ достучаться, позвонить Ане… И мне так перед ней стыдно, но… Я всё же делаю звонок, понимая, что выбора у меня нет.
Она поднимает не сразу… Но хотя бы поднимает…
– Да?
– Ань… Анюта, прости меня…
– Господи, Марина… Ты прости… Мы с туалет с Олей ушли, видели, что ты сидишь, я не стала тебя дёргать… Вернулись, а тебя нет… Марин, что случилось там?! Почему у тебя кровь была?!
– Ань… Я всё расскажу, обещаю, но скажи мне… Чернов там?
– Он здесь… пошёл наверх… я не знаю…
– Ань, я очень боюсь… Он так настроен… Я…
Слышу крики в трубке, и меня как кипятком ошпаривает.
– Аня, что происходит?! Ань…
– Я не знаю, Марина… Мы пошли отсюда нафиг… Оля, такси вызывай быстрее… – слышу я, а потом мой звонок резко прерывается…
Я нахожусь в таком состоянии, что даже не могу это описать. Кружится голова… Я начинаю блевать в тазик, который мама заботливо поставила возле кровати. Пью воду. Руки дрожат… Мне страшно. Мне так страшно. Ехать туда?! Что мне делать?!
Я звоню Ане снова. Трубку она не берёт, а Анжей всё так же выключен, отчего у меня сковывает грудную клетку. У него уже были проблемы с законом, я же помню ту фотографию, так почему ему всё равно?! Неужели он не понимает… Зачем ради меня?!
Неожиданно телефон вновь оживает. И я тут же отвечаю на звонок.
– Марин, мы в такси, всё хорошо… Машину ждали…
– Что там случилось…