Услышав цифру, Кронос аж крякнул и задумчиво почесал серпом голову.
— Действительно, как-то слишком много для одного меня. Как-то из головы вылетело, насколько недолговечны смертные. Что ж, сын. Тогда у меня есть предложение. Поединок. Ты и я.
— Нет, — холодно ответил Аид.
— Ты даже не выслушаешь своего старика? Подумай еще раз. Только мечи, без способностей. Я не хочу пользоваться твоим… увеченным состоянием. Проиграешь — прикажешь своей разлюбезной Персефоне меня отпустить, а взамен я, так и быть, оставлю часть своих сил у нашего юного друга.
— Вот же ж торгаш, — прошептал я Персефоне. — Но заметь, от идеи вернуть свой Золотой Век не отказывается.
Мама только нахмурилась.
— Да, но какой в этом смысл? Он проиграл, в поединке нет смысла. Что такого Кронос может нам предложить?
— Ничего, коне… — Тут я заметил, как внезапно от лица Аида отхлынула кровь, и у меня по спине побежали мурашки. Я осознал, что показал ему Кронос, и титан тут же подтвердил мои худшие подозрения.
— Верно, сын. Ты правильно понял. Выиграешь, я его отпущу. Даю слово.
Черт. Черт. Черт. Следовало что-то сделать, иначе Аид и вправду сейчас решит все поставить на финальный бой, это в его духе. Не обращая внимания на удивлённую Персефону, я резво направился вниз по холму, но не успел сделать и пары шагов, как до меня долетел ответ Аида.
— Нет, отец. Тебе нет веры. И твое слово здесь ничего не значит.
От этих слов веяло такой болью, что у меня сжалось сердце. Аид отказывался спасти своего ребенка, хуже того, обрекал его на вечные страдания Тартара, потому что это было, как ни ужасно, — правильное решение. Ни одна жизнь, даже настолько ценная для Аида, как реальный Адриан, не стоила угрозы, которую представлял Кронос этому миру. И если Аид-отец без колебания мог положить весь мир ради спасения сына, то Аид-Повелитель так поступить не мог. На нем лежала слишком большая ответственность. За наш мир и за его.
— Так значит? — нехорошо усмехнулся Кронос. — Тогда давай проверим, что скажет твоя жена, когда я отрежу тебе руки и ноги и оставлю болтаться прямо над ней! В бессмертии есть свои минусы, сын! И сейчас я их тебе покажу.
Он вытащил серп и бросился на Аида со спины. Тот развернулся на каблуках и отразил удар мечом. Отшатнулся от удара, увидел меня и осознал, что нас отделяет пелена полупрозрачного пламени, очертившего вокруг них с Кроносом идеальный круг.
— Я сейчас! — крикнул я, судорожно вглядываясь в пламя.
Должно быть слабое место, обязано быть!
— Нет! — приказал Аид, когда я забил на попытку потушить пламя и собирался уже прыгнуть насквозь. — Не вмешивайся!