Но нить всегда резала. Он не знал, как сделать, чтобы не резала.
«Правило 15. Нить чувствует. Даже когда я не смотрю. Если бы она не резала, она была бы как паутина. Надо придумать, как сделать её мягкой».
Он подчеркнул «мягкой» и забыл об этом на несколько лет.
***
В конце сентября, когда ему было ещё семь, но уже почти восемь, он впервые увидел чёрную точку.
Это было ночью. Он не спал: учил к контрольной названия печатей, бормоча их себе под нос при свете огарка. Тигр, бык, змея, собака, птица, кабан... Потом свечка догорела, он отложил свиток, лёг и закрыл глаза. И его затошнило.
Не так, как от испорченной рыбы. По-другому. Мир вдруг качнулся, как лодка на волне, и в голове что-то заскрежетало, как скрежещет ногтем по стеклу. Наруто сел на кровати, схватившись за живот.
Тошнота шла не из живота. Она шла снаружи. Откуда-то из-за окна.
Он подошёл к окну. Деревня спала. Тёмные крыши, редкие фонари. Над скалой Хокаге висела половинка луны.
А над кварталом Учиха, на востоке деревни, висела точка.
Он видел её отсюда, через полдеревни, хотя не должен был. Радужные точки он видел только вблизи, на расстоянии вытянутой руки, и то если смотреть правильно. А эту видел, потому что она была неправильной. Она была чёрной.
Не тёмной, а именно чёрной. Как дыра. Как место, где мир кончался. И вокруг неё пространство не было стянуто, как вокруг радужных швов. Оно было... вывернуто. Закручено воронкой. Как вода, уходящая в слив. От неё тошнило.
Наруто смотрел на неё, вцепившись в подоконник. Ему было страшно так, как не было страшно никогда. Даже во сне, перед решёткой с красными глазами. Там был страх перед зверем. А здесь был страх перед чем-то, что не должно существовать.
Точка висела минуты две. Потом схлопнулась, как будто кто-то закрыл дверь, и тошнота прошла.
Наруто стоял у окна до рассвета. Потом взял тетрадь «Рецепты» и долго не мог написать ни слова.
«Правило 16. Есть не только радужные точки и мои белые. Есть чёрные. Они не шов. Они дыра. Я не знаю, кто их делает. Над кварталом Учиха».
***
Чёрная точка появлялась ещё четыре раза.
Всегда ночью. Всегда над кварталом Учиха. Всегда ненадолго: минута, две, один раз почти пять. И каждый раз Наруто просыпался от тошноты, подходил к окну и смотрел, пока она не исчезала.
Он хотел рассказать Итачи. Итачи жил в квартале Учиха. Итачи должен был знать. Но Итачи не приходил.
Шисуи пришёл в середине октября. Через пару дней после того, как Наруто исполнилось восемь.
***
Был вечер. Наруто сидел у ручья и пытался сделать пятую точку, когда листья на поляне закружились и посреди них появился Шисуи.