Глава 2. Совет теней
Страница 3 из 96
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 2. Совет теней

Страница 3

Следующий прыжок — домой.

Их дом. Тихий, тёмный, с не разобранной до конца колыбелью, которую Кушина ругала за то, что она «скрипит, как старый Джирайя».

Минато уложил Наруто в эту колыбель. Укрыл первым, что попалось под руку: своим старым шарфом. Младенец был цел. На нём не было ни царапины. Он опять смотрел вверх, в потолок, туда, где ничего не было, и Минато на мгновение показалось, что сын что-то там видит. Что-то, чего не видит он сам.

Глава 2. Совет теней

Утро после нападения Девятихвостого было серым и тихим, и эта тишина была хуже любого крика.

Коноха не спала. Никто не спал. На северной окраине ещё дымились развалины, и люди с вёдрами и носилками ходили между ними медленно, как во сне. Ирьёнины стояли в очередях к раненым. На площади у академии в ряд лежали тела, накрытые простынями, и простыней не хватало.

Над Скалой Хокаге вставало солнце. Каменное лицо Четвёртого, высеченное всего год назад, смотрело на разрушенную деревню спокойно и чуть печально.

В зале совета, в башне Хокаге, собрались все, кто ещё мог стоять.

***

Зал был круглым, с длинным столом и высокими окнами. Главы кланов сидели по старшинству, как сидели их отцы и деды. За спинами у стен стояли командиры джонинов и капитаны АНБУ в масках. Пахло пеплом: его принёс на одежде каждый.

Во главе стола сидел Хирузен Сарутоби.

Ещё вчера он был стариком на покое, бывшим Третьим Хокаге, который курил трубку на веранде и ворчал на внуков. Этой ночью он похоронил жену. И снова надел белую мантию с красной шляпой, потому что больше было некому.

Он постарел за одну ночь лет на десять.

— Мы все знаем, что произошло, — сказал он, и его негромкий голос заполнил зал. — Девятихвостый вырвался на свободу. Погибли сто двенадцать шиноби и больше трёхсот мирных жителей. Северный квартал разрушен. — Он помолчал. — Четвёртый Хокаге, Минато Намиказе, и его жена, Кушина Узумаки, отдали жизни, чтобы запечатать Лиса. Без них не было бы ни этого совета, ни этой деревни.

Кто-то склонил голову. Кто-то закрыл глаза. Чоза Акимичи, огромный, как гора, отвернулся к окну, и плечи его вздрогнули.

— Мы восстановимся, — продолжил Хирузен. — Как всегда. Но прежде всего мы должны решить один вопрос.

Ему не нужно было договаривать. Все в зале знали, о чём он. О мальчике, родившемся вчера ночью. О сыне Четвёртого. О сосуде.

Тишина повисла над столом.

***

Первым её нарушил Шикаку Нара.

Он сидел, подперев щёку кулаком, с видом человека, которому всё это смертельно скучно. Те, кто знал Шикаку, понимали, что это значит: он думает очень быстро.

— Мы должны уважать волю Четвёртого, — сказал он. — Минато мог запечатать Лиса в кого угодно. В себя целиком, в любого из нас, в камень, в конце концов. Он выбрал сына. Значит, у него были на то причины. И значит, мальчик — не угроза. Мальчик — его последнее решение. И, если хотите, его наследство.

назадназад
1 2 3 4 5 ... 96
впередвперед