Колдовское пламя потемнело, из пронзительно-зеленых ее глаза превратились в черные — два пылающих уголька на прекрасном бледном лице. Улыбка стала гримасой, изломанная линия рта растянулась, вся ее фигура выражала презрение.
— То, чем ты занималась с тем мальчишкой, — это не любовь!
— А я и не о нем, — спокойно ответила Варна, хотя внутри все кипело от стыда и гнева.
— Надо же, — вдруг замурлыкала Рослава, — какое у тебя большое сердце. Разве слугам Господа такое позволено?
— С пути ты меня больше не собьешь.
— Нет у тебя пути. Уедешь в княжество — получишь серебряное лезвие в бок, не успев переступить границу святой земли. — Ведьма перестала издеваться и разочарованно покачала головой.
— Так забери эту силу, она не нужна мне! Хочу снова быть обычным человеком, пусть слабым, пусть… Что?
Рослава хохотала так, будто ничего веселее в жизни не слышала. Отсмеявшись, она сложила руки на груди и сказала:
— Для тебя пути назад нет. Он был когда-то давно, но тогда ты не хотела отказываться от полученной силы.
— Что это значит? Я не сотворила ничего дурного, а Господь прощает грешников!
— Ничего дурного? — Ведьма прикусила нижнюю губу и внимательно всмотрелась в ее лицо. — Уверена? Варна, ты заставила друзей отвернуться друг от друга, едва не осквернила истинно верующего, танцевала на шабаше и, что самое важное, помогала мне творить колдовство.
— Какое еще колдовство?
С быстротой, не свойственной человеку, Рослава метнулась к ней, оказалась за спиной, бледные руки обвили тело Варны. Ведьма зашептала:
— Деревню постигло горе. В один момент все жители погибли от неизвестной хвори, попадали…
— Нет!
— …попадали замертво. И дети, и женщины — болезнь не пощадила никого.
— Не может быть! — Из цепких лап ведьмы не вырваться. — Ты врешь!
— Ты делала это с удовольствием, Варна, — шептала Рослава, и ее слова, как иглы, впивались в кожу. — Ты позволила мне унести ребенка.
— Ты… — Она задохнулась от горя. — Убийца!
— Мы убийцы, — поправила ведьма. — Ты хотела наказать их, и я помогла тебе. Не говори, что это не так! Ты горела этим желанием, презирала тех, кто бросил тебя. Они заслуживали всего, что с ними произошло.
— Ты заставила меня убить их! И не только их… — Варна похолодела. — Всю деревню!
— Людей на свете много, а плодятся они быстро и бездумно. Не убудет, — безразлично сказала Рослава.
— Ты — настоящее зло!
— Избавься от надежд, Варна, Полк не примет тебя, сожжет заживо на потеху зевакам. У тебя только одна дорога — в ковен, под мое крыло. А я, можешь поверить, не позволю никому причинить тебе боль.