ГЛАВА 11
Сейчас
Когда что-то случалось, Дарий замолкал. Можно было сколько угодно пытаться вывести его на разговор, но он притворялся ветошью и делал вид, что не понимает ни слов, ни языка, на котором с ним говорят. В последний раз упрямец замолчал на десять лет, и повторения этого кошмара Варна не хотела.
Торжок остался позади неделю назад. По пути им встретились три охотника из Мрачного Взвода, отправленные в город, чтобы зачистить его. «Зачистить» — значит сжечь, никак иначе. Только пламя способно очистить землю и предотвратить распространение болезней. Одного из всадников Варна узнала — Николай, мужчина средних лет с усталыми глазами и доброй улыбкой. У них было общее дело несколько лет назад, тогда он здорово выручил их с Дарием.
— Возьмите мое задание, — попросил Николай. — До того как прилетел ворон, я ехал в деревеньку, тут она, недалеко. Староста написал, что люди болеют.
— Так, может, это просто хворь. — Варна не любила браться за чужие дела.
— В лесу люди пропадают, жителям мерещится всякое.
— Деревенскому люду черти видятся каждый раз после того, как он прикладывается к бутылке, — проворчала она.
— Случилось чего? — Николай нахмурился. — Не помню, чтобы ты избегала работы.
— Дни выдались тяжелые. Ладно, куда там ехать?
Только ступив на влажную болотную землю, Варна поняла, почему деревню назвали Клюковкой, — красные ягоды росли повсюду, болото было усеяно ими.
— Возможно, люди просто тонут здесь, когда собирают клюкву. — Варна повернулась к Дарию и наткнулась на безразличный взгляд. — Ожить не собираешься?
Она имела в виду, что пора бы ему возвращаться к работе, но выбрала не те слова. Он так взглянул на нее, что стало понятно: упрямый упырь ни слова не проронит, сколько бы напарница его об этом ни просила.
— Черт с тобой, — зло прошипела Варна, слезла с лошади и повела ее вперед.
За десять лет Дарий поднаторел в пытке молчанием, он мог заниматься этим вечно, да только его метания все равно доносились до нее. Он был расстроен, подавлен, то и дело мысленно возвращался в Торжок и думал о том, что мог спасти людей, проклятых ведьмой.
— Если бы ты убила ее тогда, — вдруг сказал Дарий, — ничего этого не случилось бы.
— Ты был бы мертв.
— Я и так мертв.
И снова повисла тишина, только твари болотные стрекотали, щелкали и пели свои странные песни. Что-то булькало, где-то квакала лягушка, отсыревшие деревья нависали над дорогой.
«Неблагодарный» — это слово вертелось у Варны на языке, но она молчала. Дарий не ценил свою жизнь, никогда не ценил. В ту ночь, когда все произошло, он должен был спать, но черти его дернули пойти на ведьму, вооружившись чужим мечом!