ГЛАВА 10
Тогда
Ночью выходить из катакомб под церковью запрещено — это одно из правил, которое нужно выполнять неукоснительно. Мстислав и Нина объясняли его каждый по-своему, но и кое-что общее в их историях было: они оба верили, что силы зла только и ждут, когда ребенок покинет святую землю, чтобы напасть на него и утащить в Навь.
В девять лет Варна впервые нарушила это правило и поняла, что опасения наставников сильно преувеличены, поэтому, когда ей снова понадобилось сбежать, она сделала это без малейших опасений.
Ночной воздух приятно холодил кожу, влажная трава щекотала ноги. Очень скоро штанины промокли насквозь, но после дневной духоты эта прохлада стала настоящим облегчением. Варна оглянулась, чтобы убедиться, что за ней никто не идет, и припустила вперед.
Если кто-то узнает о том, что она покидает постель и уходит в лес, ей придется многое объяснить, а ответов у нее не было, как и четкого понимания того, зачем она это делает. Что-то непреодолимое влекло ее туда, в чащу, где под покровом ночи Рослава учила Варну разным интересным вещам, которые помогут церкви в борьбе с чудовищами.
— Я пришла! — выкрикнула Варна, оглядываясь по сторонам.
Ведьма вышла из темноты и сотворила огонь из воздуха. Светящийся шар давал необъяснимо много света, озаряя их обеих и лес вокруг. Варна поежилась, представив, что это сияние увидят наставники и решат проверить, что здесь происходит.
— Я думала, что сегодня ты побоишься прийти. — Рослава потрепала ее по волосам. — Здравствуй, Варна.
— Они долго не ложились, я не могла уйти раньше.
— И не надоело тебе жить по их правилам? — Рослава тихо вздохнула, и от этого вздоха настроение Варны переменилось.
И правда, сколько можно бояться наставников? Она получила меч, значит, стала взрослой, а взрослые не спрашивают разрешения, когда уходят из церкви.
— Сегодня ночью жители всех окрестных деревень вышли к воде. Знаешь почему? — Рослава смотрела внимательно, но не строго.
— Сегодня ночь на Ивана Купалу, — ответила Варна.
— Тогда почему ты и твои друзья спите, а не скачете через костры?
— Церковь не одобряет эти обряды. Они же, ну, — она понизила голос, — языческие.
— А кто мы, если не язычники? — Рослава перекинула толстую косу через плечо и принялась перебирать ее тонкими пальцами. — Твой дед был язычником, твоя бабка была язычницей, и ее родители, и их родители. И твои тоже, Варна.
Ведьма так часто называла ее по имени, что становилось неловко и приятно одновременно. В их первую встречу Рослава сказала, что имя имеет власть и не стоит представляться кому попало, потому что это знание может быть использовано во вред.