— Вот так раз, — пробормотал Дарий. — Я-то думал, что от твоей ярости мне на голову упадет колокольня.

— Не сегодня, друг, не сегодня.

Млад сгреб Дария в охапку и не отпускал до тех пор, пока тот не обнял его в ответ. На лице Дария читались испуг и замешательство, но Варна чувствовала щемящую тоску, разрывающую его нутро. Он был рад этой встрече, рад снова оказаться дома.

Млад посвящал Свята в дела церкви, а тот притворялся, что внимательно слушает, но Варна видела, как время от времени мутнеет его взгляд. Свят уходил в себя, обдумывал что-то, продолжая рассеянно кивать.

Млад рассказал им, что в катакомбах давно никто не живет: сироты теперь в приюте, а служителей в церкви осталось так мало, что им хватало трех келий, расположенных за общим залом.

— Займем нашу комнату? — Дарий остановился перед дверью.

Она посмотрела на него и вздрогнула — вот он, девятнадцатилетний, в их доме, будто и не было последних десяти лет. Он застыл во времени, как и весь приход. Вот только ее юность осталась в прошлом, руки огрубели от рукояти меча, на теле появились новые шрамы, а Свят и вовсе превратился в отмеченного Богом воина. Время проходило мимо Дария, но их оно не пощадило.

— Воняет сыростью. — Она заглянула в комнату и не смогла сдержать улыбки. — Все так же, как я помню.

— Просто удивительно… — Дарий провел пальцем по полке и оставил след в пыли. — Здесь ничего не изменилось.

— Зато изменились мы. — Варна села на кровать и пощупала бок.

— Тебе правда лучше? — Дарий опустился перед ней на корточки.

— Правда. Лежа под распятием, я думала, что мы вот-вот умрем, — призналась она.

— Я чувствовал. Даже молился, кстати.

— Очень мило с твоей стороны. — Она не сдержалась и потрепала его по волосам. — Вдруг молитва поможет, нужно попытаться поверить в это.

— Иногда божественная помощь запаздывает, — проворчал он. — У меня есть еще одна скверная новость.

— Давай выкладывай, — с готовностью потребовала Варна.

— Время пришло. — Дарий похлопал себя по груди. — Я снова высыхаю.

— Нам придется найти кого-нибудь ночью.

— До ближайшей деревни мы доберемся в лучшем случае к утру, — хмуро напомнил Дарий. — Да и наш друг Светозарный хватится нас и отправится в погоню.

— Лучше ему ничего не знать, — серьезно сказала Варна. — Насколько проще бы нам жилось, если бы ты мог пить мою кровь.

Дарий поднял на нее влажно поблескивающие глаза и громко сглотнул. В его взгляде она прочла голод — первобытное, животное желание получить то, что ему причитается.

После того как Дарий воскрес, Рослава рассказала, чем отныне он будет питаться. Она научила их ритуалу, с помощью которого они смогут поддерживать жизнь в его новом холодном теле. Дарию подходила только кровь от некрещеного человека, не принявшего нового Бога, но по-настоящему утолить его голод могла только Варна. Но если он когда-нибудь попробует ее кровь, то потеряет разум, превратится в чудовище и навсегда останется им. Рослава обрекла его на вечную борьбу с самим собой.