— Это мышцы! — возмутилась она.
— Огрызается — значит жить пока будет. — Дарий с опаской уставился на ворота. — Пройду?
— Возьми.
Варна точно знала, что Свят передал ему. Символ веры, оскверненный языческими рунами, крест, отлитый не из серебра, а из металла, искусно его имитирующего.
— Вы в каких количествах их производите? — ухмыльнувшись, спросила она.
— С каждым годом про́клятых все больше, — серьезно ответил Свят.
— Про́клятых? Вы называете нас про́клятыми?
— Глядя на вас, я все больше убеждаюсь в правильности этого определения, — фыркнул он и потащил ее вперед. — Давай, не упирайся, пойдем.
Работать на освященной земле им доводилось множество раз, и Дария приходилось защищать с помощью колдовства. Поддельный крест облегчит им жизнь.
— Не думала, что вернусь сюда. — С замиранием сердца Варна переступила невидимую глазу границу и оказалась на святой земле.
— Давай сделаем так, чтобы ты не осталась здесь навсегда.
— Хочу могилку в лесу, можно?
Свят так посмотрел на нее, что желание шутить мигом улетучилось. Варна вздохнула и обвела замутненным взглядом знакомые места.
Церковь выглядела точно так же, как в тот день, когда они с Дарием покинули ее, — каменная кладка в потеках, но башенку на крыше отстроили заново, крест тоже новый, сиял в лучах закатного солнца, как отполированный медяк. В окнах приюта виднелись темные фигуры, значит, детей по-прежнему подбрасывали на порог дома Господа.
— Я могу помочь? — раздался знакомый голос.
Варна уставилась на пухлощекое, смутно знакомое лицо. Свят дернул ее и потащил дальше, не позволяя задерживаться.
— Нам нужно провести службу, — заявил он.
— Млад! — выкрикнула Варна. — Ты ли это?!
— Господи боже мой! — завопил он и кинулся навстречу, путаясь в полах подрясника. — Варна! Богом клянусь, Варна! И…
Он врезался в них объемным животом и всплеснул руками от переизбытка чувств.
— Свят! Посмотри на себя, Белый Плащ! Ты…
— Срочно, Млад, — жестко прервал его Свят. — Подготовься к службе, она ранена.
Растерявшись на миг, Млад кивнул и бросился обратно. Он неуклюже бежал, а Варна тряслась от сдерживаемого хохота.
— Ты посмотри, что с ним стало! — прошептала она.
— Сытая жизнь, — пожал плечами Свят.
— Как он ловко игнорирует меня. — Дарий открыл перед ними дверь.
После воскрешения Дария Тихомир решил передать дела прихода Младу, лишив того права покинуть церковь и отправиться на охоту. С тех пор мальчишка затаил обиду на Дария, но ни разу не высказал ее вслух.
— Ну, ты еще напомнишь ему о своем существовании, я не сомневаюсь. — Проходя мимо, Варна прикоснулась к его щеке.