— Да ты горишь! — Дарий схватил ее ладонь. — Как ты вообще стоишь на ногах?!
Он оттолкнул Свята и поднял ее на руки. Варна возмущенно зашипела, когда его пальцы неаккуратно сжали бок.
— Поставь! — велела она. — Или я…
Голова закружилась, лицо Дария превратилось в размазанное пятно, голоса вокруг слились в монотонный гул. Она выдохнула, попыталась выровнять дыхание, но оно вырывалось из горла хрипами, рваное, поверхностное, болезненное.
— О, Премилосердый Боже, Отче, Сыне и Святый Душе, в Нераздельней Троице поклоняемый и славимый, призри благоутробно… — заголосил Млад.
— …в святом служении Твоем укрепи и сохрани нас, молим Тебя, услышь нас…
— …Господь, воскресший из мертвых, помилуй нас…
— Все святые мученики, молитесь о нас…
«Аминь» разнеслось под сводами церкви, и все стихло. Что-то теплое прижималось к боку — Варна приоткрыла глаза и увидела Свята, приложившего ладони к ее ране. Из-под дрожащих ресниц пробивался свет, белый, чистый, словно его глазами смотрел сам новый Бог. Сердце забилось медленнее, руки перестали дрожать, боль почти прошла. Она хотела сказать ему что-то, поблагодарить, но застыла, пригвожденная к полу сияющими глазами. В этом мягком свете Варна увидела сонмы ангелов, покровительство и защиту — все то, что обещает церковь. Ей показалось, что она наконец готова уверовать, но видение рассеялось; Свят моргнул — и глаза его стали привычными, серыми, полными непролитых слез.
— Лучше? — обеспокоенно спросил он.
— Намного, — удивленно ответила Варна, пытаясь избавиться от наваждения. — Боль утихла.
— Но рана не затянулась, — разочарованно сказал Дарий и уставился на Свята с таким осуждением, будто это он был Господом и решал, спасти Варну или нет.
— Бог не ярмарочная ведунья, исцеляющая раны плевком и грязью, — раздраженно сказал Свят. — Если кровь очистилась, то у нее появилось время.
— А что толку? — не унимался Дарий. — Сегодня или завтра, но смерть придет за ней.
— За нами, — влезла в разговор Варна. — Дайте мне хоть мгновение передышки! Оставьте свои споры, надоели.
— Ничего не меняется, — усмехнулся Млад и протянул ей руку, помогая встать. — Я рад вас видеть.
— Ты изменился. — Варна обняла его и похлопала по спине. — Округлел.
— Это правда, — рассмеялся он. — Оказывается, живот идет в придачу к сану.
Варна позволила себе улыбнуться. Дарий скованно повел плечом и пристально посмотрел на Млада.
— Я на тебя зла не держу, — сказал Млад. — Когда гнев прошел, я понял, как мне повезло: живу на святой земле, буквально у Бога за пазухой, пока вы каждый день встречаетесь с нечистью лицом к лицу. Ты, можно сказать, спас меня, и я тебе благодарен.