Меня тянуло к Мерт. Я почти ничего о ней не знал, но этого и не требовалось. Просто чувствовал — этой девушке можно доверять. Но было ещё что-то.

— Не отставай, — бросила моя спутница через плечо.

Она первой вскарабкалась по верёвочной лестнице, выводящей на деревянную галерею. Я коснулся разума рлока. Жди, вечером приду с едой .

В ответ — волна благодарности.

Восхождение занимало достаточно много времени. Дорога петляла по крутому склону, ныряя в пещеры и огибая дома на обрывах. Иногда приходилось идти по неровной каменистой тропе, иногда — по деревянному настилу или вырубленным в породе ступеням.

Внизу вновь бушевала гроза.

Я видел отблески молний, слышал громовые раскаты. Под ногами простирался исполинский атмосферный котёл, заполненный тёмно-фиолетовой субстанцией. Надо мной застыл солнечный диск. Привыкнуть к этому тяжело.

— Как тебе у Брина? — начала разговор Мерт.

— Уютно, — сказал я. — Одного не могу понять.

— Чего?

— Как они управляются вдвоём.

Мерт хмыкнула.

— Это долгая история.

Очередной поворот тропы вывел нас к террасе таверны. Я заприметил это местечко ещё несколько дней назад. Своеобразная граница между пристенным городом и плато.

— Заглянем? — предложил я.

Мерт свернула к террасе.

Обычная деревянная площадка с пристроившимся сбоку домиком. Покосившимся и обшарпанным. Над крыльцом висела табличка с полустёртым изображением пернатого существа. Таверна «Гром-птица».

Мы заняли угловой столик на краю террасы. Похоже, мы были единственными посетителями «Гром-птицы». Хозяин возник, словно из-под земли — упитанный сорокалетний детина с неприветливым выражением лица. Мерт заказала по бутылочке холодного чаю и чего-нибудь поесть. Хозяин удалился.

Сумерки постепенно окутывали город.

По террасе прогуливался лёгкий ветерок. Я посмотрел направо и увидел кривую улочку, взбиравшуюся на плато к центральным районам Атолла. По каменному ущелью сновали редкие прохожие. Начали загораться первые фонари. Из распахнутого окна соседнего дома доносилась нежная скрипичная мелодия.

Уютно.

Меня обволокло ощущениями, к которым я не привык. Просто не доводилось жить в подобных местах. Угроза войны, подводные твари и жертвоприношения, оборотни на тропе войны, — всё это отодвинулось прочь. Растворилось в тихом вечере и ненавязчивой мелодии, вплетающейся в призрачный свет фонарей.

Хозяин поставил перед нами чай и дымящиеся тарелки с едой. Овощное рагу, жареные яйца и отбивные.

Я хотел бы состариться на Атолле.

Мысль пронзила меня внезапно, как и любое откровение. Если бы мне предоставили выбор между Ламморой и Миядзаки, я выбрал бы Атолл. Здесь нет ни единого Храма, но это больше не имеет значения.