В тронном зале тихо.
Высоко под сводами — люстры с сотнями свечей, сейчас, правда, не горевших. Дневной свет проникал сквозь стрельчатые окна, у которых несли вахту лучники. В противоположном конце зала стоял пустой трон, вырезанный из дерева и кости. Трон был пуст. Рядом с нами выросла закутанная в парчу сутулая фигура распорядителя.
— Светлый князь давно вас ждёт, — обратился он к Коэну. — Идёмте.
По винтовой лестнице мы поднялись на третий ярус замка, миновали ещё несколько длинных коридоров и оказались перед дверью библиотеки.
— Он там, — шепнул распорядитель. — Не утомляйте его излишними церемониями.
Коэн открыл дверь.
Мы вошли.
Комната с потолком, теряющимся высоко над головой. Стены закругляются. Значит, мы на верхнем уровне донжона. Стеллажи закручивались вместе с изгибом башни и возносились к своду. Книги. Массивные фолианты в коже, золотой и серебряной оковке, столько томов сразу мне ещё не доводилось видеть. А ещё — свитки, аккуратно помещённые в цилиндры и занимающие особый сектор. Ящички каталогов и картотек. В центре библиотеки — стол с расстеленной на нём рельефной картой, утыканной флажками. Ратимир стоял спиной к нам. Склонившись над картой.
— Ратимир, — позвал Коэн.
Да уж. Без церемоний…
Владыка Озёрного Края повернулся к гостям. Он был низкоросл, но широкоплеч. На груди — тот же герб, что и на диске Коэна. Поднявшийся на дыбы конь и воин на нём — со щитом и занесённым для удара мечом. Волосы Ратимира, тёмно-русые и волнистые, охватывал тонкий серебряный обруч. У пояса — короткий меч в простых, ничем не украшенных ножнах. На вид ему было около тридцати пяти.
— Рад тебя видеть, — князь приблизился к Коэну и крепко обнял его. — Добрался без приключений?
— Всё в порядке, — заверил его мой наниматель.
Ратимир перевёл взгляд на меня.
— Кто это с тобой?
— Ольгерд, — представил Коэн. Я слегка поклонился. — Мой телохранитель.
Князь оценивающе меня осмотрел. И вынес вердикт:
— Он выглядит, как мастер ножей.
— Он и есть мастер ножей.
Во взгляде Ратимира проснулся интерес.
— Из какого города?
— Ламмора, — сказал я.
— Почему же ты сопровождаешь моего друга, Ольгерд, а не стережёшь Храм?
Я молчу.
— Его изгнали, — нарушил неловкую паузу Коэн. — Долгая история. Как-нибудь потом расскажу.
Ратимир покачал головой.
— Нет. Сам расскажет, если захочет. Ведь это его история, а не твоя.
Я ощутил благодарность. И впервые с момента нашей встречи проникся симпатией к властителю Крумска.
Еду и напитки нам подали в библиотеку.
Разговор, судя по всему, был серьёзный. Мы расположились в креслах, а Ратимир позвал слугу и велел передать распорядителю, чтобы его никто не беспокоил в течение ближайших часов.