— Кто они такие? — Страж кивнул в нашу сторону.
— Мои спутники, — Коэн протянул свиток. Стражник пробежался по нему глазами. Он читал . Для воина это редкий и ненужный навык. Выходит, перед нами представитель воинской элиты, прошедший специальное обучение. — Их приказано поселить вместе со мной.
Не устану удивляться способности посредника улаживать любые формальности незаметно для всех. Когда он успел раздобыть эту бумагу?
Стражник молча посторонился, пропуская нас внутрь Академии.
Выяснилось, что в Трордоре нас ожидает куча дел. Коэн не собирался сидеть на месте, дожидаясь флота Посторонних. Его планы были иными, хотя они открылись мне не сразу.
За воротами Академии нас ожидал пост охраны. Коэн опять показал медальон и бумагу. Гвардейцы уважительно склонили головы и отступили.
Внутренний двор городка был расчерчен плиточными дорожками. Коэн повёл нас к дальней стене — туда, где возвышались жилища учёных. Император выделил нам комнаты на третьем этаже кирпичного домика, украшенного балконами с чугунной оградой. На крыше поскрипывал флюгер в форме кометы.
Проходящие мимо учёные косились на рлока. Они старались не показывать свой страх, но неизменно ускоряли шаги и втягивали голову в плечи. Молодых парней было немного — в основном здесь жили седобородые старики. Некоторые приветствовали Коэна небрежными кивками или улыбками. Каждый обитатель Академии спешил по своим делам. Кто-то держал в руках свитки и массивные книги в кожаных переплётах, кто-то — загадочные предметы, о назначении которых даже думать не хотелось.
— Осмотритесь позже, — сказал Коэн.
Мы поднялись на третий этаж, заняли большую комнату с примыкающей кладовкой и балконом, после чего стали обустраиваться. Коэн позволил нам распаковать вещи, умыться с дороги и немного отдохнуть. Я мог бы запереть рлока в кладовке, но решил этого не делать. Мои спутники привыкли к зверю, а нападать он не собирался. Рлоки не охотятся на своих. Думаю, он видел в нашей команде подобие стаи. А может, и нет, учитывая склонность этих хищников к одиночеству.
Поели в общей трапезной. Для этого пришлось покинуть дом, обойти искусственный пруд со скамейками и аккуратно подстриженными кустами, а затем войти в двухэтажное здание с висящей над дверным козырьком серебряной тарелкой. Оба этажа были заняты столами. Со всех сторон слышался ззвон посуды, приглушённые голоса, шарканье ног. Обед в Академии подавался в час пополудни, потом все учёные расходились. Казарменные порядки меня ничуть не смутили — это напоминало установления моей собственной Гильдии.