— Какие гарантии, что меня после боя не отправят лес валить?
— Резонно, — заметил Матвей, — могу дать задаток, чтобы видел, люди мы серьёзные. Трёшка устроит?
Мне не хотелось опять драться на потеху публике, только перед глазами стояла семья. Придётся рискнуть.
— А мне ты, значит, веришь? — спросил я Матвея. — Вдруг с трёшкой твоей свинчу и поминай как звали.
Тот опять рассмеялся:
— Ни разу не видел человека, кто от денег бежит. Впрочем, — он вдруг резко посерьёзнел, глаза остро блеснули, — догоним. Будь уверен.
— Хорошо. По рукам. Когда первый бой?
Матвей поднялся, панибратски похлопал меня по плечу:
— Люблю серьёзных, всё по делу. Завтра. Найдёшь меня здесь. Подходи к трём часам.
Он достал из кармана засаленную трёшку и протянул мне:
— Держи, как обещал.
Взяв деньги, пожал на прощание руку нового знакомого и пошёл домой, не зная радоваться ли мне или готовиться к новым неприятностям.
Дорога вилась передо мной пыльной серой лентой, а карман жгла данная Матвеем трёшка. Я решил не говорить семье о подпольных боях, они не поймут, и Даша будет волноваться.
По сторонам от меня качали кронами деревья, будто осуждая за поступок, шелестели молодой листвой, шептались за спиной. Земля покрывалась пушистым ковром трав, тут и там зацветали первые одуванчики. Птицы наполняли своими трелями всю округу. А на душе у меня было погано.
— Папка! — Самир заметил меня издалека и побежал навстречу.
Дети играли на улице, исследуя новое место жительства, знакомясь с деревенской ребятнёй. Вот и сейчас, вооружившись палками, они с соседскими мальчишками вели беспощадные бои против молодой крапивы, что вытянулась под заборами.
Пострелята окружили меня со всех сторон, галдя наперебой.
— Тише, тише, — улыбнулся я, — потрепав Стёпку и Равиля по голове.
— А ты уже нашёл работу? — спросила Танюшка.
— Конечно. Чего зря туда-сюда ходить.
Боясь пропустить последние новости, дети отдали своё стратегическое оружие стоявшей поодаль ребятне и двинулись за мной.
Михаила не было, а Даша и Ульяна готовили ужин.
— Вернулся? — улыбнулась хозяйка. — Ссадись, сейчас покормлю, голодный небось.
— Ну как? — коротко спросила жена.
— Всё в порядке, — улыбнулся ей, — устроился на завод. Правда, пока подсобным рабочим. Буду выходить раз-два в неделю на подмогу.
— Ничего, — ответила Даша, — приглядятся к тебе, оценят и возьмут на полную смену.
Оставшийся вечер прошёл мимо меня, погружённого в свои невесёлые мысли.
А на следующий день, к условленному времени, я уже был на рынке, отыскивая тот незаметный проход между лотками, куда провёл меня вчера Матвей.