Глава 14
Страница 86 из 159
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 14

Страница 86

Слева, до самого ручья, легли чужие. Это были остатки соседней роты, и привёл их тот самый прапорщик в проволочных очках, из-под Орлау. Своего ротного он потерял ещё там, людей у него теперь было человек сорок, и он пришёл к Бобрищеву сам, как приходят к единственному взрослому в доме. Бобрищев выслушал его, кивнул, показал рукой — туда, до ручья. Фамилии не спросил.

Полк пошёл через мост.

Шёл он бесконечно долго. Мост пропускал одну телегу за раз, а телег у полка было больше, чем у иного корпуса, потому что к нему прибились обозы со всей дороги. На середине моста у санитарной двуколки треснула доска, колесо ушло в щель, и двуколка встала намертво. Её вытаскивали полчаса, а потом Перельман с Кержаковым перестилали настил. Перельман примерял, Кержаков носил брёвна. Получалось так быстро и ловко, что батальонный, глядевший с того берега, прислал спросить, не плотники ли они. Перельман передал, что часовщик. Батальонный решил, что над ним смеются.

Пока перестилали, Гордеев сходил к ветеринару.

У сердитого ветеринара, как он и надеялся, нашёлся бидон скипидару, ведро, не меньше: для копыт и от чесотки. Отдавать его ветеринар не хотел. Объяснял, что это казённое, что это для лошадей, что он отвечает. Гордеев выслушал и спросил, где лошади. Ветеринар оглянулся, будто надеялся, что лошади сейчас выйдут из ельника, вздохнул и отдал. Перельман унёс бидон к мосту и поставил под настилом у южного берега бережно, как ставят в мастерской чужие часы, на которые нельзя дышать.

К полудню на мост въехала последняя кухня. И тогда на том краю вырубки показались всадники.

Шестеро. Потом десяток. Они выехали из-под деревьев и остановились, глядя через вырубку, и солнце блестело на их пиках. Гордеев смотрел на них в цейсовский бинокль и видел лица. Молодые, загорелые, спокойные. Они не прятались и не боялись. Охотник не боится зайца.

— Не стрелять, — сказал Гордеев негромко, и по цепи пошло шёпотом: не стрелять, не стрелять.

Всадники постояли, поговорили, и двое шагом поехали вперёд, по дороге. Двое ехали и смотрели на ельник, и ельник смотрел на них. Когда до опушки осталось шагов двести, передний вдруг натянул повод.

Что он увидел, Гордеев так и не узнал. Может быть, блеск. Может быть, ничего, просто учуял нутром, как учуивает лиса. Он развернул коня. Тихоня выстрелил один раз, и конь пошёл дальше без всадника, а второй немец пригнулся к гриве и ушёл галопом через пни, и никто его не достал.

Через полчаса пришла пехота.

Это был не ландвер. Гордеев понял это по тому, как они шли. Молодые, в касках с чехлами, цепями, перебежками, грамотно. Падали, стреляли, вставали. Не торопились и не мешкали. Хорошая кадровая пехота, которая месяц назад сидела в казармах, а теперь шла кончать окружённую армию и знала, что кончит.

назадназад
1 ... 84 85 86 87 88 ... 159
впередвперед