Глава 13
Страница 77 из 159
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 13

Страница 77

Ещё до выступления по полку пополз слух.

Его не привёз адъютант, и смеха в нём не было. Его привезли раненые из соседней дивизии, а им — казаки, а казакам — кто-то ещё. Слух был короткий, и передавали его шёпотом. Левый фланг отошёл. Первый корпус ушёл на юг, к границе. Уздау сдали.

Следом пришёл приказ по корпусу.

Бобрищев прочёл его вслух Гордееву, стоя у кладбищенской ограды, и читал очень ровным голосом, без выражения, как читают чужие письма.

Приказ был прежний. Про Уздау и Бишофсбург — ни слова. Корпусу предписывалось немедленно продолжать наступление.

На север.

Бобрищев сложил бумагу вчетверо, потом ещё вдвое, потом сунул в карман. Посмотрел на свои руки. Руки дрожали.

— Господа, — сказал он. И больше ничего не сказал.

Гордеев тоже молчал. Он смотрел на север, туда, куда им велели идти, за озеро и леса, и видел там мешок, в который их аккуратно, по всем правилам охоты, начинали загонять. И сами они шли туда по приказу, с лишними патронами, наточенными лопатами и новым именем.

Глава 13

Глава 13

Батарею Ханна нашла по звуку.

С утра корпус снова пошёл вперёд, на север, как было велено. И вопреки всему, что знал Гордеев, пошёл успешно. Немецкая дивизия, которая стояла перед корпусом, с рассвета полезла в атаку, попала под русские пулемёты и покатилась назад, и теперь катилась через леса, бросая повозки и оставляя пленных. Гордеев знал этот день. В учебниках про него была ещё одна строчка: великолепная, никому не нужная победа в самой середине мешка, который в это время завязывали с двух концов.

Рота шла лесом, по просеке, и где-то впереди и справа, за деревьями, стреляла батарея. Полевые пушки, четыре, по звуку судя, и стреляли часто, нервно, без пауз, как стреляют люди, которые прикрывают чей-то отход и знают, что их самих прикрывать уже некому. Снаряды уходили на юг, туда, где по дороге шли русские колонны.

Ханна послушала, посмотрела на Гордеева и достала из-за пазухи его же карту, которую теперь носила она: так было удобнее обоим, а спорить с девушкой, которая кусается, Гордеев не стал. Ханна ткнула пальцем в свой карандашный пунктир, который шёл по лощине через ольховник и выходил к поляне со стороны, куда никакая дорога не вела. Сказала одно слово:

— Hier.

Бобрищев посмотрел на карту, потом на Ханну, потом на Гордеева, и просто кивнул. Спрашивать, откуда на немецкой карте тропа, которой там не нарисовал ни один немец, он не стал.

Лощина была сырая, тёмная, с ручьём на дне и выворотнями по склонам. Шли по ней недолго, минут двадцать, и с каждой минутой пушки стреляли громче, пока не стали бить прямо по ушам, так что с ольх при каждом залпе сыпались листья. Потом Ханна остановилась и показала вверх.

назадназад
1 ... 75 76 77 78 79 ... 159
впередвперед