Я резко открыл глаза и увидел, что действительно — от леса к городу тянутся щупальца густого тумана. Почему-то я не видел их своим «Пятым» зрением. Почему?..
— Туман — это вода, — задумчиво сказал я. — Вот в чём дело. Магия Воды противостоит магии Воздуха.
— Это хорошо, или плохо? — осведомилась Натсэ.
Она, похоже, чувствовала себя не в своей тарелке, спрашивая у меня, как работает что-то магическое. Обычно ведь это я у неё всё спрашивал.
— Это значит, приготовьтесь, — сказал я.
Закрыв глаза, я увидел, как Натсэ достала меч из-за спины, а Авелла покрылась доспехами и тоже сотворила меч.
— Магия понадобится? — деловито спросила она.
— Только когда я соберу их здесь.
В удивлённые вопросы я больше не вслушивался. Сосредоточился на исследовании глубин Пятой Стихии. Вот и туман. Мельчайшие капли воды, висящие в воздухе, кажущиеся воздухом. Но это не просто вода, нет. Густые «облака», ползущие по земле, несли с собой нечто большее. Ну что ж, иди к папочке, Стихия Воды.
Теперь ресурс, дрогнув, неспешно пополз вниз, когда я начал мысленно собирать в кучу весь туман, растянувшийся на пару километров. Получалось быстро и довольно легко. Туман густел, становился вовсе непроницаемым. За пару минут мне удалось сгрести его, будто снег лопатой, перед нами. И тогда я нащупал в нём некую «магическую заглушку».
— Приготовились, — сказал я.
И «выдернул заглушку».
Тут же открыл глаза. Туман исчез, будто его и не было, а на его месте оказалось сотни три очумевших лягушек. Они хлопали глазами, глядя на нас, троих.
— Никакого Огня, — предупредил я, поднимаясь на ноги с рыцарским мечом в руках. — Материк прямо над нами.
— Справлюсь, — заверила меня Натсэ и вытянула перед собой руку.
Скопище лягушек будто взорвалось. Брызнула чёрно-зелёная кровь, раздалось верещание. Натсэ вызвала из земли каменные пики, которые пронзили добрый десяток чудовищ.
Остальные быстро справились с паникой и рванули к нам.
Ну что ж, вперёд, ударная сила номер один!
Я взмахнул мечом, порождая маленький смерч. Он быстро вырос с меня ростом и поднял комья земли, которые я превратил в острые камни. Их становилось всё больше и больше, рос и смерч, ощетиниваясь смертоносными лезвиями из камня.
Подняв меч, я указал на приближающихся лягушек, и смерч рванул им навстречу. Поднялся рёв, переходящий в визг. Лягушки бросились врассыпную от невиданного нечто, которое мололо их в фарш, которое нельзя было укусить, повалить, уничтожить.
— Ничего себе, — прошептала Авелла за моим правым плечом.
Да, выглядело эффектно. Чуть менее эффектно смотрелась надпись: