Его тихий смех заставил Денсаоли подавиться словами и покраснеть. Злость в её сердце мешалась с досадой и смущением.
— Не вижу ничего смешного, — процедила она сквозь зубы. — Мы возвращаемся в Дирн. Туда идёт целое болотное воинство, и я полагаю, что без Мортегара не обошлось. Мы спустимся вниз и якобы протянем городу руку помощи. А если Мортегар, Авелла и Натсэ случайно погибнут в бою с лягушками — мы будем скорбеть.
— Будь по вашему, госпожа, — пожал плечами Мердерик. — Возвращаемся. Воюем. И, разумеется, я принимаю предложение. Для меня честь служить при вас регентом.
Вот только лицо его оставалось горько-насмешливым. Но Денсаоли устала разгадывать загадки. Ей хотелось вступить в битву и победить.
Десять секунд, обещанные Мелаиримом, длились долго. Гетаинир удесятерил усилия, с рычанием ломая стену. Я разглядел, что лупит он как бы голыми руками, но явно с применением магии. Стена тряслась, от отверстия в разные стороны разбегались трещины. Лореотис помахивал мечом, готовясь рубить. Авелла тоже призвала меч, Натсэ пока не торопилась даже с доспехами. Стояла, сложив руки на груди.
Боргента подошла ближе ко мне. Я заметил её краем глаза и посоветовал:
— Шла бы ты всё-таки в дом.
— Я всё-таки боевой маг, — сказала она.
Боевого в ней было не так уж много. Боргента боялась. Широко раскрытыми глазами она смотрела на готовую рухнуть стену…
— На рожон главное не лезь, — вздохнул я. — У нас достаточно сил, чтобы сдержать людей на расстоянии. Надеюсь вообще обойтись без крови…
В этот момент мы показали первые свои силы.
Ветер засвистел где-то наверху. Там, где мы стояли, даже листочек на деревце не шевельнулся. Ураган зародился на крыше дома, послушный печатям Акади и Алмосаи, и обрушился вниз, по ту сторону стены. Очередной удар Гетаинира не достиг цели. Он с криком улетел куда-то далеко.
Я прикрыл глаза, вновь, как и в прошлой битве с лягушками, подключаясь к Стихии. Теперь, с опытом, это далось мне легче. Я сразу же настроил Воздушное зрение и увидел, как ветром сносит вниз по холму целые толпы дико вопящих людей. Стараниями наших Воздушных магичек, до нас не долетало ни звука.
Вмешиваться я не стал, лишь чуть-чуть помог воздушным потокам распределиться. Растворился в них мыслью, скользнул вниз по холму…
Люди, яростно матерясь, откатывались, налетая друг на друга, сшибаясь и разлетаясь в разные стороны. Но никто не погиб, по крайней мере, пока. Детей я не увидел. Значит… Значит, они оставили их в домах. Да есть ли где-нибудь предел человеческой тупости⁈
Это, наверное, походило на приручение дикой лошади. Я оседлал порыв ветра своей мыслью и взмыл вверх. Пролетел над головами горе-воителей, над крышами домов. Город выглядел мёртвым сейчас, когда практически все его жильцы собрались не в кабаках, а под стенами Каменного стража. И всё-таки пока ещё здесь было просто темно. Пока ещё — спокойно…