Кроме того, у Хранилища оказался некий радиус и я мог выбросить меч даже не обязательно в руку. Это открытие меня воодушевило, и я начал экспериментировать. Встал посреди комнаты, сосредоточился и извлёк из Хранилища меч так, чтобы он появился в воздухе позади меня. Висел рукояткой к затылку, а лезвием целя в горло условному противнику.
Получилось. Но когда я развернулся, надеясь схватить рукоятку, меч уже упал со звоном на пол.
— Господин Ямос! — донёсся снизу крик Натсэ. — Будьте осторожны с мечом, пока я вам руки не связала!
— А если свяжешь — что потом будешь делать? — крикнул я.
Несколько секунд мрачной тишины, потом — ответ:
— Не надо меня провоцировать. Силы тебе ещё понадобятся для лягушек.
Улыбнувшись, я скинул сапоги и влез на кровать. Ладно, не буду лишний раз грохотать. Однако приёмчик хочется отработать. Не уверен, насколько он практичен, но выглядит круто!
Теперь меч падал на покрывало, и Натсэ не беспокоилась. Они с Авеллой, видимо, с головой ушли в процесс приготовления пищи. Я с головой ушёл в тренировку. Наловчился почти одновременно задействовать две печати: Воздушную и Огненную, используя последнюю для увеличения скорости. Раз в сороковой, наверное, мне удалось повернуться почти вовремя, но схватить рукоять не получилось — я в спешке ударил по ней рукой, и меч, вертясь, отлетел в сторону, грохнул о стену и свалился на пол.
— Морт! — рявкнула снизу Натсэ. — Прекрати себя убивать!
Я замер, глядя в окно. Стоя на кровати, я как раз мог отсюда видеть дорожку, ведущую ко входу.
— Гетаинир идёт! — крикнул я и, спрыгнув на пол, принялся натягивать сапоги.
Гетаинир не просто шёл — он вёл в поводу нашу проданную лошадь, с нашей же повозкой. В повозке стоял сундук, навроде того, что приносил мне на Материк Лореотис.
— Сэр Ямос! — Гетаинир светился от счастья. — Я решил не дожидаться ночи и уже сейчас забросить вашу долю аванса. Вот, прошу!
— А лошадь-то у вас какими путями? — поинтересовался я, стоя в дверях.
— Купил у одного несчастного за полтора солса, — фыркнул Гетаинир. — Ваша сестрёнка втюхала ему за два, и бедолага дома от жены такую головомойку получил, что ему и жизнь не мила сделалась. Опасная она девушка! Люблю таких. Пол-л-лучите!
Он, крякнув от натуги, снял сундук с повозки и протянул его мне. Я вцепился в ручку обеими руками. Да, вот он, вес денег! Пришлось подавить соблазн сунуть сундук в новообретённое Хранилище — ни к чему светить белую печать.
— Пять тысяч солсов, — похвастался Гетаинир. — А сколько ещё будет… Сэр Ямос, мы с вами сорвали большой куш!