Глава 1 «Чужая ночь»
Страница 5 из 157
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 1 «Чужая ночь»

Страница 5

— Откуда знаешь?

— Ходил.

— Когда?

— Там все яблоки берут.

— Годится. Пошёл.

Первые шаги над кустами дались хуже колеи. Земля уходила из-под подошвы боком; корни держали наст, а между корнями снег проваливался до глины. Мишка ставил сапог поперёк склона. Я повторял за ним и всё равно дважды срывался. На второй раз левый бок свело так, что пришлось вцепиться в ветку и переждать.

Мишка остановился.

— Дюже болит?

— Хватает.

— Дед говорил, ежели ребро сломано, оно внутри колется.

— Твой дед много говорил. А говорил ли, что иногда нужно помолчать?

— Так он вредный, конечно было.

— Вот и в этот раз послушай.

Мишка принял это всерьёз. Он выбрал следующий шаг короче и дальше шёл медленнее, не оборачиваясь. Так было лучше.

У терновника его сумка зацепилась ремнём за сухой сучок. Мишка рванулся вперёд, сучок треснул. Я поймал его за ворот и присадил рядом с собой.

Мы слушали. С бугра не донеслось ничего. Только лошадиный топот, уже далеко, коротко прошёл по мёрзлой земле и стих.

— Сумку бросить надо, — сказал я.

— Не брошу.

— Тогда не она тебя несёт, а ты её. Ремень в руку.

Он снял ремень через голову, обмотал один раз вокруг кисти и прижал сумку к боку.

— Так?

— Устраивает.

За терновником снег действительно был серый. В нём лежала мякина, стебли и мелкая труха, принесённая ветром от гумна. След сапога здесь не держал края: осыпался сразу и становился похож на старую выбоину.

Я понял, почему мальчишка не повёл к воде. Он выбирал не самую короткую дорогу и даже не самую закрытую. Он выбирал ту, где утром труднее будет отделить наши следы от следов тех, кто ходил здесь каждый день. Не зря сказал, что хорош.

— Дальше куда? — спросил я.

Он показал на тёмную полосу межи.

— До неё прямо. Потом я первый. Там яма.

— Глубокая?

— Ежели знать — нет.

— А ежели не знать?

— Тогда глубокая.

Он сказал это без шутки и полез вперёд. Через пять шагов пропал почти по пояс, но не упал: встал на дно скрытой канавы, повернулся и поднял ладонь. Я спустился следом боком, бережно, и выбрался с другой стороны уже на коленях.

Тропа шла вверх наискось, между кустами, и была она разбита копытами и схвачена морозом, так что нога попадала то в мягкое, то в каменное. Мишка иногда оборачивался проверить, иду ли я.

Я шёл, с трудом, но шёл. Рёбра держались, пока я не делал глубоких вдохов. Затылок отзывался на каждый шаг, но отзывался ровно, без провалов, и я решил, что до дома этого хватит.

До дома.

Я не знал, где этот дом. Знали ноги.

На середине подъёма тропа раздваивалась. Я не выбирал — я просто уже шёл влево, а голова догнала это и приняла как есть, потому что спорить с ней сил не было. Влево. Мимо старой вербы, у которой отпилена нижняя ветка. Потом вдоль плетня. Потом четвёртый двор.

назадназад
1 ... 3 4 5 6 7 ... 157
впередвперед