Глава 20 «Знаю, что будет»
Страница 123 из 157
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 20 «Знаю, что будет»

Страница 123

— Ты объяснил после, — сказал Тимофей. — А решал до.

Он сел обратно.

— Я не про то, что ты врёшь. Я про то, что я стал на тебя полагаться там, где полагаться нельзя. И вот это плохо не для тебя. Это плохо для меня.

* * *

Самолёт прошёл над рубежом девятого, к полудню.

Первым его услышал не наблюдатель, а лошадь: она подняла голову и повернула уши, и через полминуты услышали и мы.

Он шёл высоко и с юго-востока, и шёл ровно, и никуда не сворачивал. Мы стояли и смотрели, задрав головы, и стояли, наверное, минуты полторы, и всё это время не делали ничего полезного.

— Летит, — сказал Гаврила.

— Летит.

— Чей?

— Не знаю.

— А ты гляди.

— Я гляжу, — сказал я. — Я вижу, что он летит, и вижу, откуда и куда. Больше отсюда не видно ничего.

Он прошёл над нами, миновал переправу и ушёл на север.

Мишка прибежал через час, запыхавшись, и первым делом спросил, видал ли я.

— Видал.

— А он к нам?

— Он мимо.

— А чего он тогда летел? — Мишка глядел в небо, где уже ничего не было. — Дядя Степан, а высоко он летел или низко?

— Высоко.

— А ежели высоко — ему сверху нашу переправу видно?

Я подумал.

— Видно, — сказал я.

Мишка посмотрел на меня, потом на переправу, потом снова в небо и впервые за весь год не нашёл следующего вопроса.

Второй раз он прошёл одиннадцатого, к вечеру, и на этот раз ниже, и на этот раз он не шёл ровно.

Он прошёл над дорогой от Затонского к Вёшенской, потом развернулся и прошёл над ней ещё раз, в обратную сторону, и на втором заходе снизился.

По нему стреляли. Стреляли с гребня, из четырёх винтовок, стреляли зря и потратили девятнадцать патронов, и я потом за эти девятнадцать патронов сказал такое, чего давно не говорил.

— А чего делать-то было? — сказал старшой смены. — Он же над нами.

— Ничего не делать. Лежать.

— Так он же увидит!

— Он тебя и так увидит, — сказал я. — А по вспышкам он увидит, где вас четверо и где вы лежите. Ты ему нынче за девятнадцать патронов нарисовал наш рубеж.

Тимофей записал: одиннадцатого, к вечеру, дважды над дорогой, второй заход низкий, ушёл на юго-восток.

— Наш или ихний? — спросил он.

— Не знаю.

— Ты ж вроде разглядел.

— Я разглядел, что он двухместный и что задний сидел боком, — сказал я. — Это значит, что он смотрел вниз, а не вперёд. И это всё, что я разглядел. Знаков я не видел, а если бы и видел — я бы их не прочёл.

— Так, может, наш?

— Может.

— А чей ещё?

Вот тут я и остановился.

Наших самолётов у повстанцев не было — это знали все. Но самолёт мог быть и не «наш» и не «ихний» в том смысле, в каком мы говорили: он мог быть чей-то третий, с юга, откуда и шло это самое «первооч.».

назадназад
1 ... 121 122 123 124 125 ... 157
впередвперед