Додумать до конца мысль я не успел — распахнулась неприметная дверца в стене справа от трона и в тронный зал влетела некая девица:
— Отец! Мачеха! — капризно вскрикнула она.
Сплошное золото с ног до головы: от высоченного кокошника, усыпанного самоцветами, до золотой косы, яростно взметнувшейся, когда она топнула ножкой, от шитого золотом сарафана, до раззолоченных сапожков на высоком каблуке. Господи, да она изобрела каблуки на шпильке за триста лет до их появления! Голубые глаза метали голубые молнии, алые губки, без иронии прекрасные, портила только капризная складка.
Царевна.
Вот кому власть отца, судя по всему, ударила в голову. Этакий типаж канэдэрэ или одзесамы из аниме. Или Хлоя Буржуа на максималках, так и кажется, что сейчас за окном промелькнет Леди Баг.
— Марфа, — сердито произнес царь Михаил. Хотя за сердитыми интонациями яснее ясного чувствовалась любовь, та самая любовь, которая и испортила эту истеричку, решившую, что ей теперь все позволено, потому что у нее папа — царь.
— Что⁈ — та уперла руки в боки и изогнулась так, что… ох, хорошо, что я уже женат. А то тут такие выпуклости…
— У меня гость!
— Подумаешь, какой-то хан. Выгони его, у меня важное дело!
— Будешь позорить отца — выдам замуж за первого встречного. Да вон, хоть за хана. У него и так жен много, еще одну выдержит.
1
Никто никого, разумеется, замуж не выдал. Это так царь-батюшка пошутил. Дочку он свою любит — это видно хотя бы по тому, как он ее разбаловал вкрай — и отдавать ее в гарем какому-то подозрительному хану, неизвестно откуда взявшемуся, естественно, не хочет. Со мной вежливо попрощались, царевна Марфа невежливо фыркнула, и, гордо удалились, взмахнув свой золотистой косой как… как косой, стоял бы я чуть ближе, покатилась бы моя головушка по царским коврам. Эк, не будь я женат, так и влюбился бы, наверное. Хотя… Нет, не влюбился бы. Капризные девки меня не привлекают. Но Аглашке о таких мыслях лучше не говорить. А то та тоже может… махнуть косой. И какие тогда части моего тела по полу покатятся — никому неизвестно.
На выходе из тронного зала мне вручили свиток с разрешением прибыть гостем в Кремль, а именно — в Потешную палату. Что это за развлекательное заведение такое и на кой мне туда нужно — никто не сказал, я а не спрашивал. Я как-никак — дикий магаданский хан и по-русски читать не умею. Отчего я, развернув свиток — и только потом подумав, что не должен уметь читать — восхищенно поцокал языком и свернул его обратно. Подумал, не стоит ли перевернуть его вверх ногами, но решил, что это будет уже перебором. Ну и, по своему, как я понимаю, обыкновению, царь Михаил разрешил мне прибыть в Кремль в любое удобное для меня время, а именно — завтра с утра. На два часа.