— Записывай, — кивнул я, — Звать Алгаей, телосложения тощего, особые приметы — вредность просто нечеловеческая…
— Ах тощая!
Аглашка прыгнула мне в объятья. Я смутился:
— Нет, знаешь, с этой мальчиковой одеждой все же надо что-то сделать… А то обниматься с тобой уже неловко.
— А я знаю, что мы с ней сделаем!
И одежда тут же слетела с нее, а объятья стали гораздо более жаркими.
Через некоторое время — точно сказать не могу, в такой ситуации сложно вести хронометраж — когда Аглашка окончательно и неоднократно убедилась, что я люблю именно ее, после чего заснула на моем плече, я решил, что самое бы время пойти и проверить, что там узнал, если узнал, мой агент Милославский.
Решил, но не успел.
— Викеша, — произнес голос. Вернее, произнесла Голос.
— Чего тебе… — куда, интересно, второй сапог задевался?
— Тут меня лапают, — с непонятными интонациями произнесла она.
Не понял.
— В каком смысле «лапают»?
— В прямом. Руками по моему невинному телу. Вот, уже под сарафан полезли.
Стоп. Голос должна лежать в ящике на одной из телег нашего каравана, под охраной стрельцов. Кто к ней полез⁈
— Кто⁈
— Какие-то совершенно незнакомые мне люди, — она помолчала и уточнила, — в апельсиновых кафтанах.
— Может, в лимонных⁈
— Может, я в заморских фруктах не очень разбираюсь. Только, Викешенька, ты беги быстрее, а то они меня увозить собрались.
1
— Убивай их! — выкрикнул я. Аглашка тревожно заворочалась.
— Ой, тооочно… — растерянным голосом протянула Голос, — И как же я сама, глупая баба, не додумалась, отчего ж не догадалась, пришлось от тебя, Викешенька, совета ждать…
После чего уже нормально сказала:
— Не могу я их убить. Какие-то амулеты не них, не знаю, но не поддаются они мне.
Приплыли. Моя ульта не действует. А я, знаете ли, на нее очень рассчитывал. Есть еще один козырь, последний, так сказать, шанс, но он работает хуже Голос и пользоваться им крайне не хочется, из-за неприятных последствий.
— Ну все, Викешенька, повезли меня, — меланхолично заметила Голос, — Прощай, наверное, больше не свидимся.
И поди пойми, то ли она так прикалывается, то ли и вправду надежду потеряла. Вот уж фиг! Я своих не бросаю!
— Викешенька… — это уже Аглашка проснулась и трет сонные глаза.
— Ничего, милая, спи дальше… Хотя нет, вставай!
— Так спать или вставать? — подскочила моя верная боевая подруга. Еще ничего не понимает, но уже готова бежать в атаку. Люблю ее! Оставил бы спать и сны видеть, да только боюсь, что следом за Голос и ее могут украсть.
Кстати, накой им Голос вообще… тьфу, ты. Мог бы и догадаться. Они ж решили, что она — мой Источник! И сейчас, типа, крадут его, чтобы лишить меня сил. Хе-хе.