Пауль икнул и грохнулся навзничь, хватая ртом воздух.
– Ну, говори! – заорал Отто. – Давай, скажи!
Теперь Пауль согнулся пополам.
– Хер тебе! – просипел он, держась за живот.
Отто навис над пыхтящим братом:
– Чего, не понял еще, что ли? Давай, говори.
Только зря он опустил руки.
Пауль выпрямился и угостил его стремительным кроссом – классическим ударом для раззявы, кем и был Отто, вообразивший, будто с братом покончено. Он-то думал, Пауль оклемается минут через десять, не раньше, но вдруг невесть откуда вылетевший кулак угодил ему в глаз и опять сбил его наземь.
Во всех домашних боях Отто всегда оставался на ногах, а тут рассудительный, осторожный и расчетливый братец за минуту дважды отправил его в нокдаун.
– Ты живой, Отто? – завопила Зильке. Такого она еще не видела. Пауль и Отто беспрестанно дрались, но дело не шло дальше тычков и пиханья. Свирепость они приберегали для общих врагов.
Зильке присела на корточки перед Отто и подолом отерла его окровавленную скулу.
– Вставай! – рявкнул Пауль. – Вставай и клянись, что отвалишь от Дагмар. Иначе еще получишь.
– Вы два идиота! Она же просто задавака и стерва!
– Заткнись, Зильке! – Отто ее оттолкнул. – Не твое собачье дело!
– Нет, мое! Она вам врет! Хочет разрушить Субботний клуб!
– Закрой варежку! – крикнул Пауль. – Тебя не касается!
Теперь бдительность утратил он. Пауль смотрел на Зильке, а надо было не спускать глаз с Отто, который воспользовался его секундной рассеянностью и вновь ринулся в атаку. Сейчас Отто понимал, что нельзя недооценивать противника. Тараща заплывший глаз, он атаковал, не прибегая к шквалу ударов. Четкая комбинация. По учебнику. Джеб левой, прямой правой, хук левой и вновь прямой правой. Пауль попытался перейти в клинч, но Отто сделал финт левой, а сам атаковал правым кроссом, подкрепив его зубодробительным ударом головой, не значившимся ни в одном учебнике, кроме его собственного.
Он вроде как победил техническим нокаутом, но по очкам выходила ничья, поскольку оба равно окровавленных боксера пребывали в равной очумелости.
– Ничего себе! – опешила Зильке. – Ну вы и завелись!
Вскоре Пауль, слегка оглушенный финальным ударом, сумел сесть и отер расквашенные губы.
– Дагмар Фишер моя, – тихо сказал он. – Убери от нее свои поганые лапы.
– Что? – вскинулся Отто. – Я же тебя уделал! Я ее выиграл! Ты убери свои лапы!
– С девчонками это не проходит, – буркнул Пауль. – Дракой их не завоюешь.
– А какого фига мы дрались? – Отто протянул руку и помог брату встать.
– Потому что вы олухи! – разозлилась Зильке. – Она же просто лживая кривляка. Чего вы в ней нашли?