Не было и речи о том, чтобы холостой солдат в одиночестве наслаждался обществом чужеземной служанки, а посему Дагмар в своем новом облике могла укрыться в новом доме лишь после бракосочетания нареченных. Согласно плану.
Утром в день свадьбы Пауль и Зильке встретились в квартире, которая отныне станет их общим домом.
– Прекрасно выглядишь, Зилк, – сказал Пауль.
Невеста была в бледно-зеленом костюме и кремовой шляпке с пером. Густые светлые волосы уложены в прическу, а губы тронуты помадой (невиданная редкость).
И впрямь, Зильке выглядела прелестно.
– Спасибо, – сказала она. – Я старалась найти сочетание строгого благородства и женственной податливости. Привет фюреру.
– Ты вполне преуспела. Геббельс поместил бы тебя на плакат.
Зильке улыбнулась и оглядела Пауля:
– Не скажу, что ты прекрасно выглядишь. Повязка со свастикой все портит. Но красиво. Очень красиво. Надо отдать должное нацистам, форма у них хороша. В метро кто-то оставил «Сигнал», там фото английских солдат – ну просто водопроводчики в спецовках.
– Что ж, давай осмотрим апартаменты будущей фрау Штенгель. – Пауль взял Зильке за руку и провел по квартире: – Пожалуй, здесь будет твоя спальня. Конечно, если тебе нравится. А мы с Дагмар заняли бы ту комнату. Но решать тебе. В смысле, сама выбирай.
– Да все равно, – беспечно сказала Зильке. – Меня же целыми днями не будет дома.
Они постояли перед комнатой, которую Пауль определил для себя и Дагмар.
– Странно, как все обернулось, да? – сказал он.
– А как ты думаешь… – начала Зильке, но смолкла.
– Что?
– Ничего. Ерунда.
– Я знаю, о чем ты хотела спросить. Стала бы Дагмар моей женой, если б не нацисты? Если б она по-прежнему была принцессой с Курфюрстендамм, а я – сыном трубача.
– И доктора.
– Ладно, с мамой я чуть выше в сословии. Но вопрос об этом, да?
В гостиной Зильке уселась в кресло и пару раз подпрыгнула – мягко ли.
– В общем, да. Мысль приходила.
Пауль сел в кресло напротив Зильке и чуть сморщился, угодив на пружину под обивкой.
– Думаю, вряд ли. Никто не знает, как сложилась бы жизнь, если б Германия осталась нормальной страной, но, скорее всего, Дагмар уехала бы в швейцарский пансион благородных девиц, а потом вышла замуж за мультимиллионера.
– Пожалуй, – согласилась Зильке.
– Но Германия – не нормальная страна. Здесь сумасшедший дом. Гитлер победил, и нате вам. Каждый выкручивается как может. Дагмар тоже. Я ее не виню. Пойдем глянем кухню.
В просторной, выстланной блестящим желтым линолеумом кухне стояла современная газовая плита. Зильке открыла шкафы и пальцем провела по полкам. Год дармового услужения приучил ее следить за пылью.