– Паспорта и туристические визы, – потребовала кассирша.
Отто просунул документы в щель.
– Первый класс, – громко сказал. – Спальный вагон.
На подобной расточительности настоял Пауль. Дорога дальняя, не дай бог что-нибудь ляпнешь. Именно поэтому Зильке одернула Дагмар – никогда не знаешь, где подслушивает гестапо или кто-то из миллионов его добровольных осведомителей. Были случаи, когда дети доносили на собственных родителей, разговаривавших во сне.
Кассирша подозрительно оглядела Отто и Зильке. Ему всего девятнадцать, ей восемнадцать. По документам у них разные фамилии.
– Все в порядке, – из-за плеча Отто сказала Зильке. – В поездке хотим заготовить подарочек Генриху, которым он пополнит «Источник жизни» [71] . Пожелайте нам удачи.
Кассирша хмуро выдала билеты, и Отто с Зильке отошли от окошка, стараясь не рассмеяться.
Маленькая шалость в тяжелом, ужасно безрадостном дне.
– «Источник жизни»! – фыркнул Отто. – Сама ж говорила, что нельзя привлекать внимание.
– Я изображаю добропорядочную нацистку.
Они прошли в ресторан, где Дагмар и Пауль уже заказали кофе с бутербродами.
– Ну вот. – Отто положил билеты на стол. – Как говорит мама, все ждут Моисея, и сейчас он принял обличье билета до Роттердама.
– Первый класс, а, Зильке? – сказала Дагмар. – Везет же некоторым.
– Мы же сами так решили, – напомнил Пауль. – И это разумно. Вовсе ни к чему, чтобы на обратном пути у Зильке нашли мои документы. Все гестапо набрано из заносчивой деревенщины. Они обшарят девицу, которая едет третьим классом, но расшаркаются перед пассажиркой из первого. Кроме того, это мамин подарок, так что можем себе позволить.
– Здорово, что ваша матушка сообразила переписать деньги и имущество на Отто, – сказала Дагмар. – Каждой еврейской семье следовало взять в приемыши арийца, чтоб уберег их собственность. Жаль, мои родители не смекнули кого-нибудь усыновить. Глядишь, я бы и сейчас была миллионершей.
– Никто не должен быть миллионером, – ответила Зильке. – Когда-нибудь их не будет вообще.
– Интересно, что бы ты запела, если б миллионером был твой отец, – парировала Дагмар.
– Как приятно, девочки, что вы по-прежнему добрые подруги, – сказал Отто.
Всем было неуютно – наступало время прощаться.
– Ну что, последний сбор Субботнего клуба? – помолчав, сказала Дагмар.
– Надеюсь, нет, – возразил Пауль. – Просто пауза на какое-то время.
– Лучше себе не врать, – сказала Дагмар. – Будет война. Думаете, мы все уцелеем?
Никто ей не ответил.
– Мать не проводит сына в скитания? – наконец спросила Зильке.
– Мы решили, не стоит, – ответил Пауль.