— Вы теперь — человек государев, Михаил Дмитриевич, — серьёзно сказал Корш. — Исходя из вашего рассказа и судя по тому, что вижу я сам, вы смелы, наблюдательны, да и в житейском опыте вам не откажешь. Не сочтите за дерзость, но ничего подобного от человека вашего возраста я не ожидал.

«Ха! — прокомментировал Захребетник. — Это тебя ещё на пустыре не было! Или в поезде…»

«Заткнись», — мысленно прошипел я.

Захребетник, как ни странно, заткнулся.

— Теперь я убедился, что вам можно доверять, — продолжил Корш. — И хочу, чтобы вы вели игру с открытыми глазами. Смотрите внимательно.

Он вынул стилус из футляра. В пальцах левой руки держал фальшивый малахириум. Занёс над амулетом стилус, и в тот же миг та его часть, что представляла собой перо, начала накаляться. Покраснела, затем побелела. Притом, что основание стилуса, за которое держался Корш, судя по его невозмутимому лицу, даже не нагрелось.

Корш поднёс стилус к амулету и коснулся малахитовой грани раскалённым добела пером. Когда отнял его, точка, оставленная на камне, продолжила светиться белым. А затем начала медленно погружаться внутрь амулета.

Она проваливалась в камень всё глубже, до тех пор, пока не исчезла вовсе. Одновременно с этим остыл и стилус в руке у Корша.

— Сие есть магическая метка, — коснувшись стилусом фальшивого амулета, сказал Корш. — Внешне она, как видите, себя не проявляет. Однако с её помощью мы сможем отследить перемещения этого предмета. Сообщать вам всю историю в подробностях я не имею права, всё же в Коллегии вы без году неделя. Но поверьте, дорогой Михаил Дмитриевич, игра затеяна очень крупная, и ставки в ней чрезвычайно высоки. Настолько, что человеческая жизнь может вовсе ничего не стоить — как вы недавно убедились лично, вытаскивая из-под моста утопленника. Посему ваша задача — вести себя так, будто ничего не случилось. О своих подозрениях в адрес управляющего заводом никому не рассказывайте! Равно как и о причине смерти наладчика. Сделайте вид, будто вам это вовсе безразлично, действуйте согласно циркуляру. Сдайте так называемый малахириум Мухину, а дальше поглядим.

— Вы хотите сказать, что Мухин… — изумился я.

— Я пока ничего не хочу сказать. — Корш покачал головой и убрал стилус обратно в футляр. — Ровным счётом ничего! У меня нет оснований для того, чтобы подозревать кого бы то ни было. Искренне надеюсь, что никто из сотрудников Коллегии не имеет отношения к этой грязной истории! Все мы — государевы люди, и более всего мне бы хотелось быть уверенным, что каждый из нас честно и достойно исполняет свой долг. Однако установить наблюдение за фальшивкой — первое, что я обязан сделать в подобной ситуации. Если этот так называемый малахириум попытаются уничтожить, узнаю о том немедленно.