И спустя секунду со страшным грохотом налетела на ощетинившийся пиками и алебардами строй ортодоксов.
— Орра, кажется, пока всё идёт неплохо, а? Даже лучше, чем можно было себе представить! — Патрик вытер кровь с лица и хотел спрятать иззубренный палаш, но получилось плохо: клинок южанина сильно пострадал и теперь не желал лезть в ножны. — А-а-а, к дьяволу!
Доэрти воткнул оружие в землю и уселся на нижнюю ступеньку лестницы.
— С нами Бог, — развёл руками Рем. — По-другому я и объяснить этого не могу. По моим расчётам, сейчас мы должны были уже стоять на третьей линии обороны, а оптиматы — гореть заживо между первой и второй. А пока…
— А пока — мы придушили цвет рыцарства Красноземья… Роттерланда то бишь. Орра, я и не думал, что ополченцы так слаженно сработают! За эти несколько дней твои зверобои здорово их надрессировали! Есть териак? Дай попить, а?
Аркан протянул ему фляжку с териаком и покачал головой:
— «Несколько дней»? Ты столько времени вертишься среди ортодоксов и говоришь — несколько дней? Не знаю, как на Юге у Аквилы, но у нас каждый мужчина два месяца в году — осенью после сбора урожая и весной до пахоты — уделяет время воинской науке. У каждого городишки есть своё ополчение, каждый юноша старше пятнадцати лет знает, как ходить строем и выполнять команды, каждый умеет держать в руках пику или алебарду. Умножь такие факты на эти самые «несколько дней» непрерывных драк, штурмов и абордажей — и получишь не ополченцев, а настоящих ветеранов!
— Мы, южане, не дураки подраться, это да… — Патрик сделал ещё один глоток из фляжки и шумно выдохнул. — Но вы, ортодоксы — законченные милитаристы и параноики… Всю жизнь готовиться к концу света, серьёзно? Это же сумасшествие!
— Если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят, так говорил мой папаша… — усмехнулся Аркан. — А если ты думаешь по-другому — значит, живёшь в счастливом неведении. У оптиматов есть козыри, которые вскоре будут использованы… Главное — чтобы игра шла по нашим правилам! И на нашем поле…
— Ну один-то козырь мы уже побили, — скорчил рожу Доэрти, имея в виду рыцарскую конницу.
— Даже не полкозыря, — парировал Аркан. — Тех, что были самыми расторопными и успели взгромоздиться в сёдла самыми первыми… По твоим оценкам — сколько человек у Краузе?
— Двадцать пять — тридцать тысяч, из них около пяти уже убито или ранено на подступах к лагерю. Вычти отсюда ещё всяких поваров, обозников и маркитантов, которых мы покрошили, пока кружили по холмам… — Южанин рисовал пальцем в воздухе, как будто складывал в столбик. — И прибавь подкрепление, которое движется по Рубону…