Рем не знал — смеяться или плакать. Весь этот пафос, и эта наивность, и растерянность из уст алхимика — они вызывали весьма странный спектр эмоций… Ему, этому гениальному и капельку сбрендившему кабатчику из Смарагды ведь и вправду ничего не нужно было доказывать. Но только в одном-единственном случае, одном варианте из сотни тысяч: если вагант Рем из Аскерона, тощий бармен, любитель истории и бродячих артисток, окажется сказочным принцем на белом коне. Или — Арканом на Негодяе.

— Вы всё сделали правильно, — проговорил Буревестник убеждённо. — Бог любит тех, кто поступает правильно. Он помог нам, и он хочет, чтобы мы продолжали. Иначе я не могу объяснить происходящее и нашу роль в этом театре абсурда.

— Обожаю провиденциалистский подход! — раздалось ворчание мага. — Тезис, антитезис, синтез, анализ, дедукция, индукция… Зачем это всё? Ведь есть самый лучший ответ на любой вопрос и самое лучшее обоснование чего угодно: «Так решил Господь!» Достойно, очень достойно для доктора естествознания! Ты ведь и вправду — бакалавр, магистр и доктор, да, твоё высочество?

— Я вижу, вы оба уже приходите в себя, — усмехнулся Рем. — Тогда давайте вы последите за рулём и парусом, а я вздремну. Разбудите меня, когда увидите корабли под чёрным флагом с Красным Дэном, и не удивляйтесь ничему. А если вас спросят: «Как так вышло, что в одной лодке флот ортодоксов догоняют бродяга-маг, алхимик-кабатчик и учёный-герцог?» — то вы знаете, что ответить!

— И что же? — с интересом спросил Агис, приподнимаясь на локтях. — Что же мы ответим?

— «Так решил Господь», конечно же! — расхохотался Аркан.

Следы действий ортодоксальной флотилии они увидели уже к полудню: каждый пирс, причал и гавань на обоих берегах Рубона были сожжены. Посреди реки, на одной из песчаных кос, торчал обгорелый остов большого когга — похоже, кто-то из купцов решил оказать сопротивление… Тут и там на высоких берегах или островках виднелись повешенные с табличками на шеях, где разъяснялись их прегрешения.

— Жестоко, — проговорил Чертополох. — Это что же — стратегия выжженной земли?

— Это — прагматичный подход, — пояснил Рем. — Флот будет идти от города к городу, уничтожая или забирая все суда и реквизируя запасы продовольствия. Когда оптиматы пойдут за нами — они будут натыкаться на пепелища, голодные пустые селения, вычищенные до последнего зёрнышка амбары и трупы фанатиков, которые посмеют оказать нам сопротивление. Мы не звери — устраивать геноцид никто не собирается, пусть мирные жители бегут прочь от реки!

— И создают панику, и поднимают цены на продовольствие… — Маг прищурился. — Кажется, я читал о чём-то подобном в записках одного популяра, опубликованных в прошлом году в Тимьяне. Там речь шла о восстании гребцов на Низац Роск! Вроде как мятежники шли от острова к острову, опережая эскадру преследования едва ли на сутки, но этого хватало — и погоня, прибывая на место, встречала одни опустошения и повешенных единоверцев, не могла пополнить запасы провианта и питьевой воды, получить отдых и подкрепление в живой силе. Это как-то по-варварски, не находите?